Внезапно Джанет почувствовала бессилие. Она устала бороться с его непониманием. Устала биться головой о каменную стену, каким бы впечатляющим ни было строение.
Она пристально посмотрела на Юэна. Он все еще держал руку на ее предплечье.
– Вы позволите вам помочь или нет?
Он колебался.
– Что не так?
В его взгляде чувствовалась неловкость.
– Это не… – Его щеки потемнели. – Не стоит этого делать.
Джанет удивленно открыла рот. О Боже, он покраснел!
– Вы стесняетесь?
Вспышка раздражения затмила застенчивость.
– Конечно, нет.
Она еле удержалась от смеха и опасалась, что он может заметить ее улыбку, несмотря на сжатые губы.
– Я достаточно долгое время исполняла роль сиделки. Думаю, я не упаду в обморок от потрясения.
Джанет выдержала открывшееся ей зрелище, но с большим трудом. Одно дело ухаживать за пожилыми мужчинами и женщинами, и другое – находиться рядом с мужчиной, близость которого заставляла ее сердце неистово биться. Тем более, когда надо снять штаны и мокрые подштанники с его бедра.
Ему удалось прикрыть свое тело, за исключением верхней наружной части бедра, однако даже при таком положении Джанет с трудом владела собой. Как могла она, прикасаясь к нему так интимно, не думать о…
Она оторвала свой взгляд от большой выпуклости, на которую, к своему ужасу, смотрела, и жар воспламенил ее щеки. Только вид раны удержал ее от того, чтобы сунуть мазь ему в руку, пробормотать извинения и убежать назад, в пещеру.
Однако воспаленная масса разорванной плоти вернула Джанет к реальности.
Джанет посмотрела на него осуждающе.
– Как вы могли допустить такое и ничего не сказать?
– Все не так уж плохо, – сказал Юэн в свое оправдание.
Она пристально посмотрела на него и, не удостоив ответом, приступила к работе.
Но даже ее гнев не мог полностью скрыть, какое влияние оказывало на нее прикосновение к нему. Ее руки дрожали, когда она начала накладывать мазь на рану.
Стараясь сосредоточиться на своей задаче, Джанет спросила:
– Кто вынимал стрелу? Полагаю, это была не Хелен?
Он хрипло рассмеялся.