— Вот, когда не надо, ты чересчур умная, Вероника Юрьевна. — он мимолетно улыбнулся, прикоснувшись губами к моему лбу. — А когда надо, то дура дурой.
— Эй! — я стукнула его ладонью по плечу, показывая свое недовольство.
— Тем более, если бы я сбежал, ты бы меня из под земли достала и по-меньшей мере четвертовала. — его уголок губ поднялся вверх, но заметив мой грозный взгляд, Антон добавил. — Ну вот попробуй сказать, что я не прав.
— Попробую. — запротестовала я, вырываясь из его объятий.
— Ах так! — Львинский не дал мне закончить, сгребя в охапку, повалил на постель.
Его умелые пальцы находили уязвимые точки на моем теле, щекоча их, что приводило к истеричному смеху и просьбам отпустить. Но Львинский был не из тех, кто моментально подчинялся просьбам девушек, поэтому ещё несколько минут агонии выбили меня из сил.
— А теперь давай завтракать. — как ни в чем не бывало он слез с меня и принёс поднос.
— Я хочу кофе, — лукаво улыбнувшись, ответила я. — Ночь выдалась бессонной.
— Мне тоже чайка спать мешала. — издевательски усмехнулся он. — Так кричала, что уши закладывало.
Тихонько боднув его плечом, смущенно отпила удивительно вкусный кофе.
Позавтракав, Антон велел мне надеть что-нибудь лёгкое и спуститься вниз, говоря о каком-то сюрпризе.
Выбор был невелик, но в чемодане я нашла запакованное нежно-розовое платье, которое Женя долго уговаривала меня купить. Мне казалось, что оно совершенно не смотрелось на фигуре, но лёгкая ткань и не прилегающий к телу фасон обеспечивали максимальную воздухопроходимость.
Убрав волосы в высокий конский хвост, спустилась в низ.
Антон сидел на диванчике, стоящем в холле, разговаривая с Роберто. Увидев меня, он широко улыбнулся и поспешил попрощаться с итальянским другом.
— Отличное платье, — шепнул он мне, нежно обнимая за талию. — несмотря на закрытость ты выглядишь очень сексуально.
— Дурак. — засмеялась я, толкая его в бок.
Кто бы мог подумать, что мой холодный, практически ледяной босс может быть таким пушистым и ласковым котом.
— Куда ты меня ведёшь? — улыбнулась я, прильнув к своему безумию.
— У нас сегодня обширная программа. — он самодовольно посмотрел на меня.