– Простите, пожалуйста, – тоном пай-девочки обратилась Вероника, – нас не представили, и я не знаю, как вас зовут.
– Федор Ильич, а эти орлы, – он ткнул папочкой в сторону Кнурова, – называют меня Дедом или Генералом. Как вам удобней.
– Федор Ильич, я так поняла, что вы заберете эти документы и я их не увижу?
– Дело в том, Вероника, что эти бумаги являют собой государственную тайну, но я вам обещаю, что вы узнаете их содержание. Не подробно, разумеется, но суть и смысл документов вам объяснят. Сергей, может, отпустишь девушку? – усмехнулся Дед.
– Ей и так удобно, – ответил Кнуров, еще не отойдя от пережитого страха за Веронику.
– Простите, Федор Ильич, – обратилась Ника, стараясь при столь странном положении в пространстве сохранить гордую осанку. – Вы действительно генерал?
– Да, генерал-майор ФСБ, – кивнул тот, улыбнувшись ей.
– В таком случае я хотела бы вас попросить. Когда вы изучите эти документы и поймете их значимость и важность, вы и все, кто будет с ними работать, помните, что мой дедушка, брат моей родной бабушки, Былинский Олег Игоревич, сделал все, чтобы сохранить и уберечь эти бумаги от тех, кто хотел использовать их в личных, корыстных целях.
– Я об этом знаю, Вероника, преклоняюсь перед вашим дедом и глубоко его уважаю.
– А у меня есть еще один дедушка! Не менее заслуженный и, слава богу, живой, он тоже беглый и немного нелегал, надеюсь, что его за это не будут преследовать власти, – озорно добавила Вероника.
– Поверьте мне, вашему дедушке Василию Корнеевичу ничего не угрожает!
– Большое спасибо! – поблагодарила она. – Теперь мы можем отсюда выбраться?
Кнуров отвез Веронику к себе домой, расцеловал и сказал:
– Отдыхай, булькайся в ванной, делай что хочешь, только не вздумай сбежать! Я закончу с Дедом все дела и вернусь! Василия Корнеевича я предупрежу! – и, не удержавшись, поцеловал еще раз и ушел.
Ника устроилась на диване в гостиной, укрыла ноги пледом, облокотилась на подушку, решила посмотреть новости, взяла в руки пульт… и уснула, не успев включить телевизор.
Так ее и нашел Сергей, вернувшись домой поздно ночью.
Ника проснулась сразу, как только он присел возле нее на край дивана.