Он прочитал, кивнул и, посмотрев на Нику, вдруг неожиданно признался:
– Мне ужасно не хочется тебя терять, ты классный специалист, но сложилось так, как сложилось. Может, ты пока поработаешь у моего друга или в филиале, а потом я тебя назад заберу, на большую зарплату?
– Вот потом и посмотрим, – не стала обещать она.
– Договорились.
Минут сорок Ника побродила по офису, приняла ахи и охи по поводу аварии и поздравления с выздоровлением, выслушала сплетни, узнав ненужные ей подробности бурного романа начальника с новым главным менеджером, назначенной на ее место.
Сумма, полученная и пересчитанная, приятно поразила Нику тем, что раза в три превышала ее ожидания.
«Вот и хорошо! Мне деньги очень кстати!» – порадовалась девушка.
Соглядатай, ожидавший ее на улице, слегка замерз, уже не подмигивал и явно злился, а, чай, не лето, и даже не месяц май, и не город Ашхабад, а Москва стылая, хоть и апрель с солнышком.
Мужик провожал ее весь день – телепался за ней в магазин, проводил до дверей Милкиной работы, куда Вероника зашла по пути, чтобы договориться встретиться завтра в кафе, поболтать и поесть вкусных десертов, от Милки в метро, из метро до дома.
Вечером, переделав все хозяйские дела по дому и измучившись от того, что не может ни читать, ни смотреть телевизор, не переставая думать о ситуации, в которую попала, Ника то и дело выглядывала в окно и рассматривала стоящую у подъезда машину.
– А чего ты ждала? Что они исчезнут? – разозлилась она на себя.
От размышлений о возможных чудесах телепортации ее оторвал телефонный звонок.
– Добрый вечер, Вероника Андреевна, – поздоровался культурный Михаил Иванович.
– Кому как, – ответила Ника. Почему-то ей все время хотелось ему дерзить.
– Я вижу, что вы не поняли всю серьезность вашего положения! Из отведенных вам трех дней за сегодняшний вы не сделали ничего для решения нашей проблемы. Я понимаю, что вам надо было пойти на работу и получить расчет, но, девочка моя, вопрос сейчас стоит не о деньгах, а о вашей жизни в самом прямом смысле.