Элайза получила возможность лучше разглядеть Александру: нос – безупречный склон с небольшим беззаботным бугорком в конце, возвышавшимся над бледным цветком губ, чуть неправильный, но очаровательный прикус, кожа гладкая, как севрский фарфор.
Леди Придо – потрясающая женщина!
Для злого человека…
Александра резко подняла голову, словно почувствовала на себе взгляд Элайзы, и замерла.
«А-а, она меня все-таки узнает». Надо отдать должное леди Придо – она слегка порозовела, может быть, испытывая угрызения совести.
– Ах, это вы, миссис… Фонтейн?
– Да. Вот мы и встретились, леди Придо. – Элайза сделала книксен.
– Прошу прощения. Я не узнала вас в этом доме. Не совсем подходящая работа для вас, не так ли? – В голосе Александры послышались нотки холодного ликования.
– Думаю, да.
– Я и не знала, что вы работаете на Фил… на лорда ла Вея, – продолжала Александра. – По старой дружбе я называю его Филиппом.
– Разумеется, – спокойно сказала Элайза и сжала зубы.
Это имя в устах леди Придо казалось неправильным, неправильным, неправильным! Он принадлежит ей, Элайзе.
– Я так рада, что вы оказались в выигрыше, – с деланным энтузиазмом добавила Александра. Возможно, она была уверена в том, что Элайза стала невидимой, работая служанкой.
Кокетничая перед зеркалом, леди Придо то так, то эдак поворачивала голову, либо в пятисоттысячный раз восторгаясь собой, либо отыскивая мелкие недостатки, которые могли возникнуть по пути из ее дома в Адлин-Хаус.
Элайза тоже рассматривала ее, раздумывая, в какое место она бы для начала ткнула леди Придо булавкой, если бы у нее была такая возможность.
Александра развернулась – Элайза тут же придала своему лицу безучастное выражение.
– Надеюсь, у вас нет на меня злости из-за того, что мне пришлось заступиться за сестру? – излишне сентиментальным тоном, с притворной теплотой проговорила леди Придо. – Просто в нашей семье сложилось очень трепетное отношение к моральному воспитанию девочек, а Колетта очень-очень чувствительная.
На самом деле Колетта Придо была красивой, глупой и злой девчонкой. Элайза обычно как минимум дюжину раз оправдывала своих учеников, прежде чем приходить к какому-то выводу о них. И в отношении Колетты она не теряла надежды. Однако учитывая, кто ее сестра, Элайза почувствовала безысходность.