— Когда встречается вот такая поляна, — Беатрикс остановилась у края залитого солнцем небольшого луга, — то скорее всего это древняя пашня, сохранившаяся с Бронзового века. В то время люди ничего не знали об удобрении почвы, а потому, как только земля теряла плодородие, просто расчищали новую территорию. Ну а старые поля постепенно зарастали утесником, папоротником и вереском. А вот здесь, — она показала дупло в стволе огромного старого дуба, — в самом начале лета я видела только что вылупившегося птенца чеглока.
Кристофер внимательно слушал. Ветерок играл в золотистых волосах, на губах застыла легкая улыбка: в эту минуту он выглядел особенно красивым, спокойным и счастливым.
— Тебе известны все секреты этого леса? — удивленно спросил он.
— Что ты, конечно же, далеко не все! Так много еще предстоит узнать; только начинаю открывать чудесный мир. Десятки тетрадей заполнила зарисовками животных и растений, а все еще то и дело обнаруживаю новые.
— Что же мешает?
— Дамам путь закрыт, — пожала плечами Беатрикс. — Ни одно научное сообщество не хочет нас принимать. Соберутся старики с бакенбардами, будут курить трубки и обмениваться энтомологическими наблюдениями. Ужасно жаль! Не сомневаюсь, что я могла бы рассуждать о насекомых ничуть не хуже каждого из этих прокуренных знатоков.
Кристофер тихо рассмеялся.
— А я так очень рад, что у тебя нет ни бакенбард, ни трубки, — признался он. — И все же невероятно жаль, что человек, настолько глубоко интересующийся животными и насекомыми, не имеет возможности общаться с коллегами. Может быть, нам удастся убедить организаторов сделать исключение?
Беатрикс искренне удивилась:
— Неужели ты готов хлопотать? И не возражаешь против столь необычных для женщины интересов?
— Разумеется, не возражаю.
От изумления у Беатрикс округлились глаза.
— Ты намерен сделать мне предложение?
Кристофер обнял ее за плечи, повернул к себе и бережно приподнял лицо за подбородок.
— Прежде хочу кое-что обсудить.
Беатрикс посмотрела с недоумением.
С самым серьезным видом он взял ее за руку и медленно пошел по поросшей травой тропинке.
— Первое.