Вдруг мне что-нибудь понадобится?
Одри подавила вздох.
— Хорошо, милорд.
Беатрикс появилась в комнате и, лавируя между группами гостей, подошла к жениху.
— Твоя матушка только что встретилась с Медузой.
— Это кричала мама? — изумился Кристофер.
— В чем дело? — потребовал разъяснений лорд Аннандейл. — Что произошло с моей дочерью? Она кричала?"
"— Боюсь, что так, милорд, — подтвердила Беатрикс извиняющимся тоном. — Дело в том, что на ее пути случайно оказалась моя домашняя ежиха, которой не вовремя вздумалось покинуть вольер.
— А иголки в ход пошли? — уточнил Кристофер, всеми силами стараясь сохранить серьезное выражение лица.
— О нет. К счастью, обошлось без травм, но Амелия все же повела леди Фелан в одну из спален: к сожалению, от знакомства с Медузой у нее разболелась голова.
Одри сокрушенно закатила глаза.
— Обычное состояние.
— Но зачем ты, милочка, держишь дома ежа? — сурово осведомился Аннандейл.
— В природе Медуза не выживет, милорд. Брат спас ее совсем маленьким ежонком, а разыскать мать нам, к сожалению, не удалось, так что все заботы по воспитанию взяла на себя я. Если за ежами правильно ухаживать, они становятся замечательными членами семьи. — Она замолчала и посмотрела на старика с нескрываемым интересом. — О Боже, так вы, оказывается, орел?
— Что-что? — настороженно прищурился тот.
— Орел. — Беатрикс внимательно вгляделась. — У вас такое поразительное лицо! Даже отдыхая, вы излучаете энергию и силу. А еще вы любите наблюдать за людьми. Оцениваете их молниеносно, с первого взгляда, правда? И несомненно, никогда не ошибаетесь.
Опасаясь, что дед обидит невесту неосторожным ответом, Кристофер собрался вмешаться, однако, к немалому удивлению, под восхищенным взглядом молодой красивой леди граф расцвел и заулыбался.
— Так и есть, — подтвердил он. — Действительно, ошибаюсь редко.
Одри снова закатила глаза.
— Кажется, вам немного прохладно, милорд, — заметила Беатрикс. — Должно быть, сидите на сквозняке. Минуточку. — Она вышла из комнаты, а вскоре вернулась с темно-синим шерстяным пледом и заботливо укутала старика.
В комнате было очень тепло, а о сквозняке не могло быть и речи, однако лорд Аннандейл принял плед с искренней благодарностью.