Ни на секунду один остаться не может. Вечно с ним все разговаривают, что-то у него спрашивают, будто он пуп земли какой-то!
Засмотревшись на его перекатывающиеся во время бега икроножные мышцы, не сразу замечаю, как парень сбрасывает темп, отделяясь от своих друзей, и продолжает перебирать ногами на месте. Когда мы с Верой с ним равняемся, я демонстративно отворачиваюсь в другую сторону, чтобы минимизировать время нашего зрительного контакта. У нас с Шульцем всегда так: когда не льем друг на друга помои, делаем вид, что незнакомы.
Но, судя по тому, что Андрей, оббежав Веру справа, пристраивается рядом со мной и приноравливается под мой темп, игнорировать меня сегодня он не намерен. Значит, будем собачиться.
С неудовольствием обращаю внимание, что Гуляев, который тоже оказался поблизости, вступил с в диалог с Верой, спрашивая у нее что-то про географию. Вот хитрюга! Знает, что она по этому предмету лучшая и обязательно закусит его приманку.
- Крис, у меня к тебе разговор есть, - довольно миролюбиво начинает Шульц. – Давай в сторону отойдем, пообщаемся?
- Тебе надо, ты и отходи, - как можно небрежней бросаю я. – А я вообще-то занята!
Деловую из себя строю, неужели не видишь?
Раздается его короткий, немного утомленный вздох, а затем этот нахал бесцеремонно хватает меня за локоть и волочет в кусты, мимо которых мы как раз пробегали.
- Отпусти, поганец! – шиплю я, пытаясь вырваться из его цепких пальцев.
Бросаю взгляд на Веру, но подруга поглощена беседой с Гуляевым. Руками жестикулирует, волосы поправляет, улыбается во все тридцать два – короче, не до меня ей.
Физрук тоже не замечает, что двое школьников свернули с беговой дорожки в густую листву, обрамляющую стадион, - отчитывает моих одноклассниц.
Шульц легонько толкает меня в плечо, и я впечатываюсь спиной во что-то сухое и жесткое. Должно быть, это дерево. На ощупь кажется так.
Он нависает надо мной, и в нос помимо воли забивается до боли знакомый ягодный запах. Сладкий и навевающий мучительно-счастливые воспоминания.