Леди Бари побелела, нервно огляделась, ловя отовсюду шокированные, осуждающие взгляды и уже очень тихо, понимая, что это будут ее последние слова во дворце, произнесла:
— Но как же приятно сейчас видеть вашу бессильную ярость и вашу боль, Ваше Высочество. Ведь та, которую так давно любите вы, счастлива в обществе будущего супруга. Значит, справедливость все же существует!
— Хватит! — вмешалась королева. — Подобные разговоры и поведение совершенно недопустимы! Дариан, леди Бари, проследуйте в мою гостиную, немедленно!
А Кати не замечала ничего вокруг, ни стремительно покинувших гостиную королеву и фрейлину, ни взгляд, с которым Дариан выходил вслед за женщинами.
— Безумно не хочется покидать вас, — с сожалением признался герцог Виарта.
— Вы озвучили мои мысли, — Кати улыбнулась, — Ее Величество любит гулять после обеда во дворцовом парке, надеюсь… вы окажитесь где-нибудь неподалеку?
— Без сомнений! — герцог поцеловал на прощание ее руку, чуть сжал пальчики и непрестанно оборачиваясь, покинул столовую.
Кати, проводила его, с самой счастливой улыбкой на губах, а затем поднялась и направилась к королеве.
Ее Величество сидела и самым безобразным образом грызла от досады ногти, чем несказанно удивила свою фрейлину.
— Леди Катарина, — наконец обратила свое высочайшее внимание королева, — проходите, и закройте двери.
Все еще витающая в облаках, а потому продолжающая улыбаться Кати, выполнила веление Ее величества, подошла ближе и остановилась, ожидая вопроса.
— Вы любите моего сына? — неожиданно резко спросила королева.
— Нет!!! — Катарина ответила столь искренне и не задумываясь ни на секунду, что у королевы даже сомнений не осталось.