Любовница. Книга 1 (СИ)

И это была не война, где можно пойти и прямо в морду дать, а закулисные игры, с улыбанием вам в рожицу и кривлянием за спиной. Несколько подстав, и вы лишились доверия старого сэльда, были отлучены от дворца и не смогли предотвратить покушения на старого воспитателя. Так Харнис и змеюка пришли к власти.

Сугробик сидел в одних трусах, что несколько выбивало его из образа, и молча смотрел на меня. Прочесть эмоции в его взгляде было нереально, я вообще как-то не люблю читать эмоции по глазам, особенно таким страшненьким.

Что я определено поняла, начитавшись газет - лорд Эйн старый вояка, благородный до одури, преданный стране тоже до одури, ну и прямолинейный как все старые вояки. И еще гордый, тоже до одури. И вот он сидит передо мной весь чахленький такой и тормознутый, со своими красными глазюками, несчастный такой, а по идее пророчили ему блестящее будущее - старый сэльд имеющий всего одну дочь, взял себе воспитанника, чтобы сделать из него будущую селедку... тьфу черт - будущего сэльда. Причем насколько я поняла лорд Эйн из древнейшего рода, так что вполне может претендовать на престол, но. .. Но в конечном итоге у снежиков все как у людей - тайны, интриги, борьба за квадратные метры сэльдововского дворца и тому подобное.

- Виэль, - проговорило это благородное несчастье, - случилось, как случилось. Я буду служить родине так, как смогу, и не стану...

- Бла-бла-бла, - перебила я, подтягивая к себе чашку с чаем.

Красные глазенки сверкнули, и мой непонятый герой начал было привставать, дабы поразить меня мощью гнева и длиной труселей, но:

- Мы в оппозиции, - сказала я.

- И точка. К слову я вообще буду в черном платье и ничего, не жалуюсь, вот и вы не нойте.

Он рухнул обратно на свое место, возмущенно на меня уставившись.

Я же, задумчиво помешала чай, отчаянно тарабаня ложкой по чашке, после чего задумалась вот о чем:

- Снеж, а какой у вас родовой оттенок белого?

У лорда Эйна едва не дергался глаз, но он мне все равно ответил:

- Перламутровый.

- Обалдеть! - я от неожиданности даже ложку выронила.

Просто к черному платью я приказала добавить отторочку цветовой гаммы собственно Эйна, и вот... Встала, обошла портных, приблизилась к последнему - узрела, как мое черное платье поганят перламутровой отделкой, скривилась от осознания безвкусицы, страдальчески вздохнула, повернулась к сугробику и простонала:

- Да что ж за цвета у вас такие поганые!

Выражение лица снегордика передать было сложно, но оно возымело свое действо и я устыдилась.