Практически тут же из дверного проёма вышли трое: худой паренёк лет двадцати пяти в грязном, изорванном камзоле, с синяком под глазом и разбитой нижней губой; широкоплечий низкорослый мужчина лет сорока со спутанной чёрной бородой и всклокоченными кудрявыми волосами, с осунувшимся лицом и колючими глазами, блестевшими довольно живо; а третьей была упитанная дама лет тридцати в порванном дорогом платье и с дебелыми руками, мягкими, никогда не знавшими труда.
Она сперва одарила нас широкой белозубой улыбкой, но уже через миг вздрогнула, поняв, что Древний выглядит как-то не так.
— Мутант, — пробормотала женщина, не сумев сдержать брезгливости, перекорёжившей мягкие черты её лица.
— Какие-то проблемы? — вскинул я бровь, посмотрев на скривившуюся даму.
— Сударь, попрошу вас держать от меня подальше вашего слугу, — проговорила она и спряталась за спину широкоплечего, словно Древний в любой момент мог на неё напасть. Хотя, судя по тому, что она морщила нос, ей, видимо, был неприятен его запах или сам вид, хотя плащ полностью скрывал его.
— Он не мой слуга, скорее временный друг, — произнёс я, кивнув на Древнего и глядя на троицу.
Те сразу недоумённо переглянулись, будто я только что сообщил им, что нахожусь в близких отношениях с ослиным дерьмом.
— А из какого вы вообще рода? — сощурил зенки мужик, облизав пересохшие губы.
— Не в вашем положении расспрашивать меня, — грозно глянул я на него.
Тот слегка подался назад, поражённый моей аурой, хотя из-за иллюзии он видел не мускулистого громилу, а смазливого дворянина.
— Да, да, вы правы, — пролепетала женщина, пытаясь сгладить углы.
— Ладно, идёмте, — хмуро бросил я им и махнул рукой будто слугам, после чего первым покинул трюм, поднявшись по трапу.
Древний последовал за мной."
"— Ещё не жалеешь, что мы не убили их? — шёпотом спросил я у него. — Они явно настроены к тебе препогано.
— Тигра абсолютно не заботит то, что о нём думают муравьи.
— Справедливо, — хмыкнул я и вышел на палубу.
Здесь всё так же суетились простолюдины. А корабль уже разрезал мелкие волны, идя мимо рыбаков, поглядывающих в нашу сторону с лодок и баркасов.
— Господа! — громко произнёс я, привлекая всеобщее внимание. — У нас есть кое-какое сообщение для вас.
Все сразу посмотрели в мою сторону, и я пересказал им то, что придумал Древний в трюме: простолюдины завезут освобождённых дворян на остров Серых Акул, а потом могут делать с этим кораблём всё, что задумают.