— Вы, конечно, приложили к этому руку?
— Он должен был понять, что не имеет права бросать мне вызов. Вы бы очень скоро заскучали с ним. Совершенно бессодержательный человек. Вас бы это никак не устроило, Кейт. И погубило бы вашу карьеру. Мадам де Мортимер. Нет, я вас не вижу в этом качестве. Вместо этого вы стали блистательной Кейт Коллисон, желанной, но недоступной, великой художницей и матерью самого прелестного мальчугана во Франции. Скажите, он рисует?
— Вам-то какое дело?
— Для меня это очень важно.
— Я не стану отвечать.
— Ах, Кейт… вы все такая же. Это напоминает мне о том чудесном времени. Я не должен был вас отпускать. Как видите, я тоже подвержен ошибкам.
— О, даже так! Да вы и в самом деле изменились. Когда вы признаете свои ошибки, я попросту не верю своим ушам.
— Надеюсь, вы сжалитесь надо мной.
— Вы же знаете, я не верю ни единому вашему слову. И никогда не поверю.
— О! Значит, вы признаете, что у нас будут и другие возможности обсудить наши разногласия! Это подразумевает продолжение взаимоотношений, к чему я и стремлюсь всей душой.
— Пожалуй, мне пора.
— Змея быстро не опустить… или вы собираетесь оставить малыша на моем попечении?
— Ни за что и никогда!
— Я так и думал, — кивнул он.
— Зачем вы сюда пришли?
— Увидеть сына.
— Втереться к нему в доверие, — уточнила я.
— Подружиться с ним.
— Это ни к чему.
— Как вам не стыдно, Кейт? Я его отец.
— Я слышала, у вас есть и свой собственный сын… законнорожденный.
Его лицо окаменело.
— У меня нет сына, — отрезал он.
— Мне говорили, принцесса родила сына.
— Это правда.
— В таком случае…
— Вам ведь все было известно, Кейт. Вы были рядом с ней, и уверен, что она посвящала вас в свои тайны. Я получил ее не девственницей."
"Я пристально посмотрела на него. Лицо барона теперь было очень серьезным.
— Мальчик родился преждевременно, — неохотно проговорил он. — Я понял, что это ребенок от другого мужчины. Она призналась в том, что у нее был любовник. Арман Л’Эстранж. Так что я дал свое имя обыкновеннейшему ублюдку.
— Да. Это и в самом деле смешно. — Затем я вдруг посерьезнела. — Бедная маленькая принцесса…
— Ах, так вам ее жаль? Вы жалеете эту лживую шлюху?
— Я бы пожалела любую женщину, которой выпала горькая участь стать вашей женой.
— Что ж, можете радоваться, моя участь тоже не из сладких.
— Вне всякого сомнения, вы возмущены до глубины души. Но тут уж ничего не поделаешь. Вы получили ценный урок.