Но сначала нужно незаметно ускользнуть отсюда. А еще нужно заставить Кендала уехать со мной. Ведь он уже не маленький ребенок. Честно говоря, он очень уж взрослый для своих лет. В нем отчетливо узнавался Ролло. Нужно изобрести способ убедить его в необходимости незаметно покинуть замок. Клэр мне в этом поможет.
Одно я знала точно. Ролло ни в коем случае не должен об этом знать, потому что если узнает, то остановит нас. Но нужно уезжать. Прочь сомнения!
Я обошла ров, глядя на замок. Мне никогда не забыть его, куда бы я ни скрылась, где бы ни попыталась жить заново… Сердце всегда будет терзаться болью и тоской по загубленным мечтам.
Живая Мари-Клод никогда не смогла бы разверзнуть между нами такую пропасть. Никогда…
Когда я вернулась в Хижину, мои мысли были в полном беспорядке. Дом показался мне тихим и пустым. Кендал и Жанна куда-то ушли. Клэр тоже.
Я поднялась в свою комнату, чтобы снять плащ. На постели лежал конверт, подписанный рукой Клэр.
Мне это показалось странным. Вскрыв конверт, я обнаружила внутри его несколько мелко исписанных листов бумаги.
Прочитала первые слова. Строчки заплясали перед глазами. Мне трудно было убедить себя в том, что это не ночной кошмар.
«Моя милая Кейт, — писала Клэр, — я не ложилась всю ночь, пытаясь понять, что же мне теперь делать. И наконец-то осознала. Существует лишь один-единственный способ.
Мари-Клод не совершала самоубийства. Ее убили, и я знаю, кто это сделал.
Позволь объяснить. Я всегда была человеком без личной жизни. Казалось, что я стою у обочины большой дороги и являюсь лишь наблюдателем, но не участником того, что там происходит.
"Я хочу, чтобы ты меня поняла. Ты считаешь, что и так понимаешь, но на самом деле не знаешь обо мне самого главного, а без этого тебе не понять, как все произошло. У всех есть свои тайны. Быть может, у меня их не больше, чем у других людей.
В юности у меня не было своей жизни… Была только жизнь моей матери. Я проводила с ней все свое время… читала ей, разговаривала… ближе к концу делала за нее абсолютно все.