Реджи чувствовала, как язычок Эммы её ласкает, как губы посасывают клитор, и от этого сходила с ума.
«Люблю тебя я больше всех на свете. И вся дрожу в руках твоих. Ведь от твоих прикосновений душа и сердце призваны летать. Ты, наконец, ко мне вернулась, и я сейчас опьянена тобой. Но что же с нами будет дальше, ведь разум говорит бежать», - Реджина сходила с ума, находясь на вершине блаженства, боясь подумать о том, что поступает неправильно.
Эмма же, наоборот, не боялась, она действовала. И самое главное, что ей было сейчас нужно, так это ответ.
Тут будет реклама 1
Тот самый фибральный, молчаливый, но сильно ощутимый. Свон понимала, что не может остановиться. Тот день пять лет назад сидел в голове и останется там на всю жизнь. Злоба на саму себя будет сидеть внутри блондинки всегда. Но сейчас она отступила. И на замену ей пришла нежность. Та самая любовь, которая ни на секунду не покидала сердца. Ведь настоящая любовь на расстоянии, как ветер для пламени - слабую любовь тушит, задувает, а сильную, нерушимую, настоящую распаляет всё сильней.
Тут будет реклама 2
Так происходило и с нашими девушками. Как бы они не сопротивлялись, как бы не боялись возможной будущей боли, их любовь на века. И они ничего не смогут с этим сделать, только принять и быть по-настоящему счастливыми.
- Умм… Боже… - Миллс выгнулась, и её тело задрожало. Это был праздник с салютом, а не оргазм. Нереальный, незабываемый, восхитительный. У Реджи не осталось сил, но всё же она притянула Эмму к себе для поцелуя. Она вновь хотела ощутить это.
Свон этого и сама хотела.
Тут будет реклама 3
Она поцеловала любимую с нежностью, с трепетом. Сейчас, после оргазма, хотелось именно тепла. Эмма почувствовала, как Реджине было приятно, и от этого сердце Свон улыбалось в груди."
"- Реджи, доченька, я прилетела, - всего несколько секунд прошло с момента, как Миллс начала понимать, что голос матери ей не кажется, как дверь в её кабинет открылась, - сюрпри… - женщина не договорила.
«Твою…» - даже в мыслях Эмма не успела выругаться, как уже почувствовала нервную дрожь и в своём теле и волнение в изнеможённом теле любимой.
Тут будет реклама 4
Мария - это единственный человек за всю взрослую жизнь Свон, которую она не просто побаивалась, а именно боялась её отношения, реакции. Она уважала эту женщину, ведь она мать самой дорогой Эмме девушки. Блондинке пришлось медленно встать. Она была в лифчике и джинсах, и когда вставала, успела схватить с пола блузку Реджины, прикрыв ей наготу брюнетки.
- Здравствуйте, миссис Миллс, - почтительно произнесла блондинка.
