— Теперь поняла куда попала? — игнорирует мою странную реакцию, продолжает беседу, как ни в чем небывало.
— Да. — еле отвечаю и не могу оторвать взгляд от замершего напротив хозяина клуба.
Взрослый, опасный мужчина продолжает вбивать в меня каждое свое слово:
— В крейзи меню можно и кухарку нагнуть и уборщицу. Главное бабло иметь! Не въезжаешь ты куда пришла. Талант твой, голос не имеют значение. Поешь ты зашибись, но здесь свои правила. Клиенты заказывают любого сотрудника из списка.
Ловит мой ошалелый взгляд и улыбается:
— Один придурок рамсы недавно попутал и спросил у официанта почему МЕНЯ нет в меню. Мне запрос передали. Теперь с трудом пацан говорит, в себя после встречи со мной приходит…"
"Прижимаю руки к груди, обнимаю себя, ищу внутри моральную поддержку. Жестокий мир. Ужасные люди. Я все падаю в пропасть, и чернота не имеет границ.
— Ну что ты, красивая, не пугайся так… — черные глаза смотрят оценивающе.
Ноги подкашиваются. Мне кажется, что я погружаюсь в глубину темного взгляда напротив.
— Так я и думал… — озвучивает свой приговор матерый хищник. — А теперь вали давай, дверь за тобой!
— Нет. Мне некуда идти…
Слова слетают с губ, и я каменею.
Эмоции переполняют. В глазах стоят слезы…
Наблюдает за мной слегка откинув тяжелый подбородок и ровно отвечает:
— Тогда слушай условия.
Чувствую, как обстоятельства загоняют меня в угол, но не собираюсь сдаваться. Произношу четко, чтобы быть услышанной:
— Я Вас поняла, но в крейзи-меню я не хочу быть! Я просто хочу петь! Лучше меня Вам не найти! — говорю уверенно, хотя щеки пылают и стыдно очень.
Чувствую, что сейчас со мной ведут нечто на подобии деловых переговоров.
Черные омуты хищно блестят, появляется прищур, собравший тьму мелких морщинок в уголках глаз, придающий зловещий шарм. Улыбается открыто как-то, и я подвисаю. У него красивая улыбка, располагающая. Неожиданно.
Смотрит прямо глаза в глаза.
— Забавная ты… шуганная сильно, а сюда пришла, свое долбишь, — ухмыляется, как-то по-доброму, не зло.