- Когда вы оказались в Ругдене, во время одного из обедов, произошла спонтанная инициация вас, как огненного мага. Я не могу сказать, что послужило тому причиной, но Себастиан пытался помочь вам справиться с силой огня,и ему это удалось. Как вы знаете, раскрытие силы всегда сопряжено с риском, даже у тех, кто годами овладевает своим даром, а у вас, без подготовки и каких-либо знаний, все прошло довольно сложно. Отсюда и ваше беспамятство, и ожоги,и долгая болезнь.
- И ваш покалеченный брат, - задумчиво добавила я. - Артур, почему вы скрывали от меня правду? Почему не сказали сразу?
- Вы помните тот момент, когда впервые пришли в себя? -вопросом ответил Торн.
Он недовольно поморщился и обнял меня крепче, не позволяя отстраниться.
- Аннет, я понимаю, что вам тяжело. И, поверьте, искренне восхищаюсь вашим мужеством и стойкостью. Но я прошу вас, не пытайтесь вспомнить то, что забыли.
Артур прерывисто вздохнул и разжал руки.
- А вы... Вы знаете, как именно прошло мое путешествие из
Кена в Сарту? - отступив на шаг, спросила я."
"- Нет, Аннет. Для меня,так же, как и для вас, это остается тайной. Единственный человек, который мог бы ответить на ваш вопрос, это мой брат Себастиан, но он так и не пришел в себя с тех самых пор, как произошла ваша инициация. Нет, -увидев, что я собираюсь заговорить, Торн предупреждающе поднял руку.
Он серьезно посмотрел на меня, вынуждая согласно кивнуть . Что ж, я поняла - дальше спрашивать бесполезно. Оставшееся до вечера время мы провели в саду. Торн рассказывал мне об основных принципах огненной магии, показал несколько заклинаний, помогающих распознавать иллюзии, заставил изрядно потренироваться, закрепляя полученные знания на практике, а потом, после ужина, мы долго сидели в беседке и молча наблюдали за тем, как всходит луна.
- Простите, милорд, к вам посетитель.
Дворецкий, высокий, сухощавый, незаметно подошел к нам и коротко поклонился наместнику.
- Кто? - небрежно спросил Торн, не отрывая от меня взгляда.
- Думаю, вам лучше самому это увидеть, милорд.
- Босуэл, к чему такая таинственность, ты можешь сказать прямо, кто меня спрашивает?
В голосе наместника прозвучало недовольство.
- Э-э...