Снова и снова, до рези в глазах и головной боли, до отчаянного крика и полного опустошения. Почему-то, мне казалось очень важным вспомнить... Что? Этого сказать не могла, но твердая убежденность в важности забытого не оставляла меня ни на минуту.
Поднявшись с постели, накинула пеньюар и подошла к окну. Погода радовала. Тепло, солнечно, сухо. За то время, что я провела в загородном имении Торна, ни разу не было дождя или сырого тумана, не говоря уже о снеге. Я вспомнила, какЭмилия - дочь наместника Эткинса - притворно сочувствовала мне.
Угу. Жаль. А сама, узнав о моей помолвке, устроила своему папеньке настоящую истерику - почему это знатный северянин не к ней посватался?
Странно, я помню такие ничего не значащие мелочи, а то, что действительно важно, до сих пор покрыто плотной пеленой забвения.
- Миледи, ваш обед.
Тира неслышно вошла в комнату и поставила на прикроватный столик поднос, заставленный тарелками.
- Милорд настоятельно просил попробовать все, что приготовила для вас Труди, - расставляя посуду, заметила горничная.
Да, это похоже на Артура. Он очень расстраивается из-за того, что я мало ем и никак не могу поправиться. ""Пожалуйста, леди Анна. Вы должны постараться и съесть еще немного этого вкуснейшего бульона""
До сих пор неловко вспоминать, как наместник кормил меня с ложечки в первые дни, отобрав эту почетную обязанность у рэйи Аманды.
- Простите, миледи, обед стынет, - напомнила служанка.
- А? Да, конечно, обед. Обед... Да...
Я села за стол, пытаясь заставить себя поесть. Легкий овощной салат, крем-суп из тартирини, тушеное мясо с фенхелем - Труди постаралась на славу. Вообще, кухарка наместника была настоящей кудесницей. Даже диетические блюда она готовила с такой изобретательностью, что я не чувствовала строгих ограничений, предписанных доктором Лебланом.
- Миледи, ваша еда, - еще раз напомнила горничная.