Второй по счету. Первый был установлен на следующую – внутреннюю – дверь. Кода мы не знали и долго проторчали в ожидании возможности попасть в дом. Возможность выскочила из подъезда в лице Галки. Я ее сначала не увидела. Развязался шнурок на кроссовке, наступила на него и чуть не растянулась. Поторопилась завязать, но затянула узел. Пришлось распутывать и опять завязывать бантик. Это ужасно злило. Галка изумленно поздоровалась:
– Привет… Ой, девчонки, а я спешу! Что же вы предварительно не позвонили? Я бы перенесла встречу…
– Да мы не к тебе.
В словах Натальи слышалась небольшая издевка, но Галка ее не заметила.
– Я влюбляюсь независимо от статуса мужчины, но со вдовцами тяжелее. Был у меня в прошлом один вдовец. Любила его безумно, но он постоянно искал во мне скрытые достоинства своей покойной жены. Скрытые, поскольку при жизни их так и не обнаружил. Расстроился и вскоре сам умер. Но к тому времени я успела его разлюбить.
Галка вылетела, а я еле-еле успела придержать дверь подъезда ногой. Мы проследили, как она села в темно-синий «Ауди», помахали ей рукой и вошли в подъезд.
– Видела, как Галка хорошо выглядит? Вот что любовь с людьми делает!
– Не видела. Со шнурком возилась.
Машуля впустила нас сразу. Она предстала перед нами во всем взлохмаченном великолепии: было такое впечатление, что занималась генеральной уборкой квартиры.
– Проходите, – в ее голосе слышалась усталость. – Только осторо…
«Ну что бы ей стоило начать с этой осторожности! Она, как известно, никогда не бывает лишней», – успела я подумать, лежа на полу и обнимая двумя руками пылесос. В ту же секунду раздался дикий кошачий вопль, и поперек меня со всеми удобствами улеглась дорогая подруга, почти уткнувшись носом в морду неизвестно откуда взявшегося белого пушистого кота персидской породы.