И вдобавок поезд могут отменить, он может опоздать или можно опоздать на него, не достать билетов и, кроме того…
– Все! – сломался Димка. – Езжайте на машине. Только я тебя прошу, не гони… быстрее паровоза.
– Обижаешь, начальник. Я дорожу собой не меньше, чем твоей женой. А ты, жена своего мужа, – обратилась она ко мне, – не волнуйся. Мигом пристроим твою тетушку в интернат. А до этого момента она у нас быстро поумнеет.
– Телефон! – неожиданно воскликнул Димка. – Я забыл спросить у соседки тети Дуси номер телефона!
– А мобильник на что? – удивилась Наталья.
Наверняка подруга вспомнила поездку в Реченскую… Я неуверенно пожала плечами, а Димка категорически возразил – собака, мол, требует определенного ухода, переставшая дружить с головой старушка – тоже. Лучше не переутомляться. Наташка не спорила. И Димка, довольный тем, что все так удачно уладилось, прихватив кучу газет, отправился отдыхать.
Убедившись, что муж накрепко приклеился к дивану, я прикрыла кухонную дверь и достала конфеты с ликером.
– Надо завязывать с пьянкой, – произнесла подруга, решительно раскусывая конфету. – Вчера коньяк, сегодня ликер… Татьяне теперь такие нельзя.
– Кстати, о Татьяне. Вчера я не могла тебя предупредить – не вздумайте завтра отправиться в районную женскую консультацию.
Вопросительный взгляд Натальи говорил сам за себя.
– К себе на работу ее тоже не таскай.
Наташка еще больше округлила глаза и перестала жевать конфету. Одна щека смешно оттопырилась. Физиономия выражала явное непонимание.
– Ну ты представь, – терпеливо объяснила я. – Явитесь вы в консультацию, отметитесь, и мы уедем. Наблюдаться следует ежемесячно. Беременные на учете. Не думаю, что Татьяна сможет вернуться домой через месяц.