– А Степану Ивановичу громко заявила: – Так этот костюм – для вас! – Бедняга даже на ходу притормозил. – Да-да. Для вас, чтобы лишний раз порадовались, какая у вас замечательная жена, побольше обращали на нее внимания… Знаете, как у Есенина: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье…»
– Что ты несешь?! – яростно прошептала мне подруга, пока Степан Иванович обалдело разжевывал мою тираду. – Это Анастасию-то лицом к лицу не увидать? Да на расстоянии она кажется еще больше. Вот десяток связанных вместе Степан Ивановичей из-за ее лица точно не увидать!
– А вы, Ирочка, пожалуй, правы, – опомнился сосед.
Дальше началось такое самобичевание, что пора было сматываться. Как правило, заканчивается это по одному сценарию: жена достойна лучшей жизни. Лучшую жизнь я ей обеспечить не в состоянии. Это может сделать только другой мужчина. И как только она его встретит, я его убью!
Домой я вернулась слегка обеспокоенная. Надо любыми путями перехватить не в меру расстаравшуюся ученицу и помирить ее с мужем.
Из комнаты доносился рассерженный голос мужа. Он отчитывал кого-то по телефону. Вероятно, какое-нибудь осложнение у пациента после операции.
– Вот скажи, – обратился он ко мне, возмущенно бросив телефонную трубку на диван, – ты будешь по вечерам шляться в казино? Нет! В третий раз звонит какая-то идиотка и противным голосом пищит: «Это казино?» Попала бы она ко мне на операционный стол!
– Господи прости, Дима! Ну что ты говоришь?! Может, женщина хочет устроиться туда на работу.
– Порядочная женщина…
– Знаю, знаю. Лучше пойдет в больницу выносить утки или укладывать шпалы. Нас, к счастью, это пока не коснулось… Я забыла у Наташки свою чашку. Сейчас вернусь.
– Завтра заберешь. Что, чашек мало?
– Не могу, – вздохнула я. – Она напоминает мне о моей тяжелой доле…
Димка ухмыльнулся и отчалил отдыхать.
К Наташке я влетела обеспокоенная. Мы срочно связались с Татьяной, она хихикнула на том конце провода:
– Твой Димка прочел мне целую проповедь о моральном облике молодой женщины.