Запихиваю в рот кусочек банана и с удовольствием жую, в красках представляя свою новую беспечную жизнь.
Мысленно я уже сплю на шёлковых простынях и ем ложкой красную икру, закусывая чёрной. И всё равно, что икру я в принципе не люблю.
Всю ночь крутилась в постели и взвешивала своё решение. Пыталась договориться не столько с совестью, сколько со своим вдруг взыгравшим либидо. Ведь чтобы уснуть, даже после такого трудного дня, мне пришлось скинуть скопившееся в теле напряжение.
Погладить и поласкать себя между ног, представляя на месте своей руки чёрную лохматую голову Гейдена и его грязный, талантливый язык.
Чёрт.
Мирон пробрался в мои мысли даже глубже, чем я могла предположить.
— И куда ты собралась? — хмуро интересуется Маринка, плотнее запахивая на широкой груди полы розового махрового халата.
Она ждёт свою очередь занять плиту. Голодный Руслан тенью маячит за спиной соседки, бросая то ли на меня, то ли на холодильник, рядом с которым я стою, жадные взгляды. Какой же он мерзкий.
Сегодня его присутствие меня не раздражает. Потому что совсем скоро я не буду видеть его лоснящуюся жирным блеском рожу. Любовь бывает зла.
Каждому своё.
— Буду жить с Сашей. Он предложил…
Чисто технически так всё и было. Остальное уже детали.
— О-о-о, сбил наконец тебе целку? За это надо выпить! Кажется, у меня где-то был розовый шампусик, клиентка принесла, а я на Новый год отложила, — суетится Марина, похлопывая в ладоши, и правда ломится к настенному шкафчику около окна, в котором лежат её продукты.
Её действительно так сильно радует факт, что кто-то наконец лишился девственности? Закатив глаза, отворачиваюсь обратно к плите. Удивляет, как моя невинность не даёт покоя стольким людям…"
"Спотыкаюсь о налитые кровью глаза-бусинки Руслана. Пока его подружка освободила дверной проём, он успевает трижды облапать меня взглядом. Смотрит то на грудь, то на босые ноги.