— С того, что мы тут власть, а ты — подозрительный подсыл, которого есть о чем спросить.
— Это что, благодарность за спасение ваших жизней? — я понимаю, что Охотники не отступятся, но, веду себя пока, как благоразумный человек, стоящий под прицелом арбалета на краю пропасти.
— Про это ты тоже расскажешь, не переживай. Я ни в жизнь не поверю, что ты справился со Зверем без помощи магии, а это запрещено в Черноземье. Давай, Карн, вяжи его, — тон голоса Охотника стал нетерпеливым и Карн шагнул ко мне, держа в руках тонкую кожаную веревку.
— Подожди, — сказал я и Охотник замер.
— Я ведь спас вас обоих, но вы сами выбрали свою участь, — равнодушным голосом констатировал я, боком шагая в сторону.
Корн успел что-то понять, по моей интонации и сразу же спустил скобу, арбалет тренькнул, болт вылетел и ударился о купол в районе моего правого плеча, отлетев в сторону.
Я сделал еще шаг влево, так, чтобы противники остались наискосок от пропасти за своей спиной
Карн махнул рукой, бросая веревку и перехватывая копье, но я не стал ждать его атаки и взмахом руки отправил его на встречу с пространством за его спиной, в которое он и улетел, успев закричать, безнадежно и страшно.
Тонс успел бросить два ножа, метя мне по конечностям, но их постигла таже участь, они разлетелись по сторонам от меня и я, не желая проливать кровь, ударом маны скинул Охотника вниз, туда, откуда они пришли.
Доказывать что-то и брать с них слово молчать я не собирался, да и поздно уже.
Глава 12 РАЗГОВОР С БРАТОМ
Я не пошел смотреть сразу, куда упали Охотники и что с ними случилось.
Эту сторону я давно присмотрел, чтобы использовать в похожем случае."
"Вот, именно, на такой случай и присмотрел такие, довольно отвесные склоны, которые начинаются рядом с тропой, проходящей по нижней части скалы и являющейся естественно укрепленным местом, от которого круто вниз уходят каменные и опасные осыпи, на несколько сотен метров вниз.
Сила моих ударов откинула Охотников на десяток метров от края площадки и лететь вниз им точно не меньше двадцати пяти-тридцати метров, что не оставляет шансов на спасение.
Это — в лучшем случае.