Кажется, она искренне разочарована моей спешкой.
Отрицательно покачиваю головой.
— Это не такси.
На улице вновь повалил хлопьями снег. Оглядываюсь по сторонам в поисках нужной машины, замедляя шаг.
— Привет, я уже заждался и немного замёрз.
Ярослав вырастает передо мной так неожиданно, что я на секунду теряюсь.
— Необязательно было выходить из машины.
Он выглядит точно так же, как и несколько дней назад. В его растрёпанных волосах путаются снежинки, они же оседают на мехе, торчащем из капюшона его парки.
Парень всматривается в моё лицо и присвистывает в восхищении.
— Шикарно выглядишь. Поехали?
— Да. Нет. Стой. Мне нужно кое-что проверить.
Я хватаю Ярослава за воротник куртки и тяну на себя до тех пор, пока его губы не оказываются в опасной близости от моих. Я не осмеливаюсь его поцеловать и даже как-то трушу. Решимость, бурлившая во мне, молниеносно гаснет. Инстинкты орут об опасности. Затылок неприятно покалывает, и я уже хочу обернуться в сторону входа в здание и проверить свою догадку, но Ярослав всё решает за меня.
Парень быстро ориентируется и опускает ладонь мне на талию, прижимает к себе и, боднув мой нос своим, целует.
Глава 14
В моей жизни было не так много поцелуев, от которых поджимаются пальцы на ногах и делается влажным бельё. Которые хочешь не разрывать, а лишь продолжать, даже когда не хватает кислорода и начинает кружиться голова. Мирон стёр все воспоминания о неуверенных попытках первого поцелуя в детском доме, стёр слюнявые, как слизняки, поцелуи Соколова, заменив их своими.
И, видимо, теперь мне придётся всю жизнь довольствоваться тем, что все остальные поцелуи лишь жалкая пародия на то настоящее и чувственное, что мне уже довелось испытать с Гейденом.
Когда влюблена, всё иначе. С Мироном всё было иначе.
Сейчас я ничего не чувствую.
Ни-че-го.
Досада разрывает мою душу на куски. И злость. Меня переполняет бешенство. Оно тлело, как угли, после случая на съёмке, а теперь опять разгорается с новой силой.
Затылок покалывает.
Смотри. Нравится?
Льну к почти незнакомому парню, выпрашивая совсем ненужную мне ласку.
Ярослав прижимается к моему рту сухими и горячими губами. Мне хочется тут же отодвинуться, но я запрещаю себе. Вцепляюсь пальцами в его куртку и замираю. Даю себе секунду привыкнуть.
Ярослав не противен мне. Он новый человек в моей жизни и пока не сделал ничего плохого. Он умеет быть весёлым, обходительным и отлично флиртует. Он не вызывал отторжения.