– Это их не спасет. Обречен весь инвариант. Не Марс, не Солнечная система, и даже не Галактика – вся Ветвь!
– Поэтому их надо перенести на н а ш у Землю.
– К сожалению, это невозможно. Наши «големы» способны унести только четверых.
– Но так же нельзя! Они погибнут!
– Погибнут все цивилизации инварианта, – негромко произнес Тарас, поддерживая сломанную руку. – Если уж спасать кого, то всю Ветвь. Надо немедленно остановить развертку слингера!
Белый и Жданов озабоченно глянули на молодого человека, неожиданно повзрослевшего, оценившего чужую жестокость и собственную решимость.
– Прости, я ошибалась в тебе…
Легкая краска легла на щеки Тараса, он слабо улыбнулся, но глаз не отвел.
– Я сам в себе ошибался.
Некоторое время они смотрели друг другу в глаза, взглядами сказав то, что было на душе у обоих.
– Тебе не кажется, что они повзрослели? – проворчал Белый.
– Дети всегда взрослеют, – философски пожал плечами Жданов. – Но иногда они взрослеют внезапно. Что будем делать?
Оба оглянулись на другую пару.
Автомед сделал свое дело: Лось почувствовал прилив энергии и встал, поддерживаемый Аэлитой.
– По-моему, они счастливы…
– Допустим, их мы спасем, но мы не можем помочь всем, кто населяет инвариант.
– Может, все-таки попробуем? У нас еще есть пять минут, а то и больше.
– Надеюсь. Открывай флэш.
– Не рванет?
– Вряд ли он успел настроить эту штуку на самоликвид.
– Согласен. Рискнем.
– Дед, ты чудо! – бросилась на шею Белому Настя.
– Отойдите подальше, – отстранил ее Григорий. – Лучше вообще выйдите в коридор. На нас коконы «голема», нам не страшно, а вы можете пострадать.
– Пошли. – Настя взяла Тараса под руку здоровой рукой; вторая – сломанная – ей еще не повиновалась; кивнула Лосю.
– А они?
– Они попробуют остановить слингер.
– Это все-таки бомба, я правильно понял?
– Правильно, – улыбнулась девушка. – Это действительно очень большая бомба. Если она взорвется…
– То уничтожит аж всю нашу Вселенную! Неужели это и вправду возможно?
– К сожалению, возможно.
– О чем они говорят? – потянула Лося за рукав Аэлита.
Лось погладил ее пальцы.
– Потом объясню, дорогая.