Я подумал, а если бы Зоя была замужем? И понял, что бегал бы к ней на свидания как миленький, при этом твердо зная, блядство и разврат — это не про нас.
Я не ревную и ни в коем случае не сержусь, если ты любишь нашего генерала и тоскуешь по нему. Все хорошо, пока ты держишь себя в руках, просто мне хотелось бы видеть тебя счастливой.
Алиса, как тебе помочь? Как объяснить, что Васильев — это не любовь, а тяжелая зависимость? Это твои детские комплексы, которые ты воплотила в нем, потому что боишься с ними расстаться».
Ваня лизнул конверт, но почему-то не стал запечатывать его. Задумавшись, он отложил письмо в сторону, к пачке других. Завтра прибудет вертолет, заберет его творения, и недели через две они окажутся в руках у Алисы.
Нужны ли ей сейчас его душевные излияния? Помогут ли его проповеди и назидания? Разве этого ждет любящая жена?
Ваня еще раз пробежал последнее письмо и понял, что в женском восприятии оно будет выглядеть так: «Я тебя никогда не любил, единственная женщина в моей жизни — это Зоя, а ты изменяла мне с Васильевым.
Остальные послания, пожалуй, не лучше.
Усмехнувшись, он бросил все письма в печку и с удовольствием посмотрел, как весело и быстро они горят."
"«Прости, Алиса, что мало пишу тебе. Тут очень много работы, я целый день провожу в делах, а как только добираюсь до койки, сразу падаю и засыпаю. Жизнь у меня сейчас интересная, но монотонная, каждый день похож на предыдущий.
Жанна расхаживала по кабинету, не в силах унять волнение.
Это он, никаких сомнений! Такая редкая фамилия, и инициалы совпадают! Не говоря уже о подписи, которую Жанна досконально изучила, ибо до сих пор хранила новогоднюю открытку от Ильи.
Главный врач крупной больницы, он, оказывается, уже три года клиент фирмы.