Клиника верности

Алиса смотрела на него грустно и растерянно.

— Раз так, я просил бы тебя уволиться отсюда.

— Хорошо. Я и сама собиралась.

— Вот и умница. — Ваня снова приник к ее губам. — Все, побежал, — выдохнул он, разжав объятия. — Детали обсудим завтра. Надеюсь, ты до завтра не передумаешь?

Она покачала головой:

— Вряд ли. Но боюсь, настанет день, когда мы оба проклянем себя за то, что решились на эту авантюру.

1993 год— Жанна Игоревна, вас в операционную! Холангиография [1]!

Жанна взяла под мышку кассету с пленкой и покатила перед собой мобильный, но очень неповоротливый рентгеновский аппарат.

Лифтер помог закатить его и, разогнав сестер, желающих проехаться на попутном лифте, важно нажал кнопку пятого этажа.

Жанна Игоревна! Ей всего двадцать три года, а она уже Жанна Игоревна, старший рентген-лаборант стационара, мать четырехлетней девочки. Значит ли это, что она выбралась из ямы?

На стене лифта висело зеркальце, Жанна посмотрелась, делая вид, будто поправляет прическу.

Что ж, годы почти не отразились на ее внешности, она такая же хорошенькая и свежая, как в восемнадцать лет, хотя ей пришлось хлебнуть горя…

Рождение дочери совпало с крушением экономики могучей страны. Страстные речи о свободе и демократии, призывы «перестраиваться» привели к власти воров, безнаказанно обирающих граждан и презирающих честный труд.

Сначала появились карточки, потом, стоило Жанне к ним привыкнуть, воцарилась свободная торговля, а зарплата стала такой, что на нее почти ничего невозможно было купить.

Да и эту крошечную зарплату месяцами не выдавали. Деньги, отложенные Жанной на отпуск по уходу за ребенком, сгорели в инфляции, сидеть с дочкой она не могла. К счастью, нашлась бабка-пенсионерка, согласившаяся выступать в роли няни, но ей нужно было платить… Жанна работала на две ставки, носилась по домам ставить капельницы, выводила из запоев и почти не видела собственную дочь. При этом ухитрялась кормить грудью — молока было много, а покупать смеси просто не на что, не говоря уже о том, что естественное вскармливание гораздо полезнее. Забегая домой каждые четыре часа для кормления, Жанна с благодарностью вспоминала Екатерину Михайловну: та не только нашла ей хорошее место работы, но и посодействовала в получении комнаты на соседней с больницей улице. Это была неслыханная удача — еще полгода, и никакого жилья Жанне бы не досталось: цены на недвижимость росли на глазах.