Фигура, затянутая в черный камзол и брюки, радовала мужскую часть населения приятными глазу округлостями. На вид сирене можно было дать чуть больше двадцати.
Довольно перемигнувшись с птицедевой, я на цыпочках прошмыгнула мимо преподавателей и уже занесла ногу, чтобы скрыться с веранды, как за спиной раздался насмешливый голос Чиро:
– Новакова! А куда это вы так торопитесь? Подойдите на минутку.
Я бочком приблизилась к их столу. Вампир смотрел на меня строго, Чиро еще строже, но в глубине глаз обоих вспыхивали непривычные искорки смеха.
– Сядьте! – скомандовал Дагош, подрезав меня стулом.
Плюхнувшись на сиденье, я очутилась между сиреной и вампиром.
– Представляете, Новакова, – ласково начала Чиро. Очень ласково. И тихо. Сирин, превратившаяся в одно большое ухо, старательно подслушивала из-за соседнего столика. – Кто-то отправлял мне подарки от имени Дагоша.
Быстро же они вычислили, что часть презентов лишняя…
– Вечно в этих службах доставки что-то путают! – так же тихо пробормотала я.
Сирин недовольно поерзала и еще сильнее вытянула шею, рискуя грохнуться в проход вместе со стулом.
– Возможно, – кивнула Чиро. – Но там сказали, что все, что прошло через них, доставили по адресу. А то, что доставили не через них, чудесным образом возникло на территории нашей школы. Не знаете, кто автор?
– Нет. – Я удивленно распахнула глаза. – Откуда мне знать?
– Действительно, откуда? – поддержал Дагош.
– Иначе его легко расшифруют, – многозначительно добавила Чиро. – И вдруг не срастется? Или клиент решит отблагодарить? А благодарность некоторых магов…
– От двух месяцев каторги до пожизненного… – подхватила я, вставая со стула. – Спасибо за совет!
– Через десять минут в аудитории, – отчеканила Чиро.
Я-то не опоздаю. Главное, чтобы она меня надолго не задержала. Наша группа с утра переносится с Дагошем в столицу, в Институт Исследований Магии и Ядов. Вчера мы там были впервые, на экскурсии. И вот сегодня отправляемся во второй раз.
А должны были – в пятый!
Но тот случай в Королевском Питомнике основательно подмочил репутацию Дагоша. Слезливые птички оказались любимицами короля.