– Больше пузырьков в коробке нет, – продолжила я, – остальные ты, па, сложил на подоконник за штору, видимо, когда менял их местами так, чтобы Глеб Борисович не видел!
Некоторое время мы молчали. Тикали старинные ходики на стене. Мурлыкал на диване кот. Постукивал в окно дождь.
– Хорошо, предположим, – наконец сказал папа, переплетая пальцы. – Но если ты маг, то откуда у тебя все это? Мы ведь не маги.
Мама закивала."
"Я покосилась на Глеба Борисовича. Родители проследили за моим взглядом.
Мама хмуро спросила:
– Так эта магия заразная, что ли? Вроде простуды?
– Нет, – улыбнулась я, – мне ее подарили!
Я не собралась сдавать родителям Гилиака, а потому изложила краткую версию.
– Правда, переходы открываются редко, – вздохнула я. – И видеться нам часто не удастся. Но зато я могу писать сообщения.
– Твой парень тоже зеленый? – Папа мрачно кивнул в сторону двери. – Или с рыбьей головой на бороде?
– Нет, он василиск.
– А василиск… это что? – осторожно поинтересовалась мама.
– Ну, он может превращаться в огромного змея.
– З-з-змея? – в ужасе переспросила мама.
– Кхм! – крякнул папа.
На этом разговор закончился. Мы попили чаю с пирогом, вспомнив наконец об имениннике, еще немного посидели и вернулись домой.
Родители молчали два дня.
Потом за завтраком папа, насмешливо улыбаясь, спросил:
– А сваты у нас, значит, будут те еще гады?
– Еще какие! – подтвердила я.
– А что так? – нахмурилась мама.
– Ну, они аристократы. И я им в качестве жены сына не подхожу.
– Что?! – Глаза папы гневно сузились. – Моя дочь не подходит каким-то… головастикам? Каким-то тритонам хвостатым?!
– А что им ответил твой Шейд? – спросила мама.
– Ничего. Он ушел из семьи, разорвал отношения.
Мама погладила меня по плечу и довольно улыбнулась:
– Любит?
– Да.
– А ты?
– До безумия.
Родители переглянулись.
– Ладно, поверим в эти твои миры, – проворчал папа. – Когда там твой Шейд придет?
– Через месяц!
* * *За месяц родители привыкли к мысли о других мирах. Они периодически спрашивали про Альриан, про моих друзей и Шейда.
В этот раз переход открывался лишь на восемь часов. Следующий – через полгода. А потом перерыв на семь лет.