Но вон тот, – она показала на флакон с черепушкой, – скорее всего, будет отвечать за создание опасных ядов. Травить мы пока никого не будем. Поэтому начните работать с этим… – профессор махнула на флакон-сердечко и усмехнулась, – самым безобидным на вид.
Мне самым безобидным казался зеленый. Но госпожа Чиро не тот преподаватель, которому перечат.
– Итак, начали! – скомандовала она.
Я взяла флакон сердечком, крепко сжала пальцами. Устремить силу от узла зарождения. Знать бы, где у меня тот узел! До сегодняшнего дня единственный узел у меня иногда случался на голове.
Я старательно представила пружину, попыталась ее потянуть к пузырьку в руке. Пружина тянуться не желала, в голове постоянно крутились мысли про оставшиеся три пузырька. Зачем они? Какую часть магии через них направлять? Как ее, собственно, делить? Я же не зебра, чтоб на полоски распадаться!
У других ребят кулоны и кольца вовсю светились разными цветами, у Доминики и еще двух парней даже парили в воздухе.
Я снова сосредоточилась на пузырьке. Ничего не выходило. Просить помощи у госпожи Чиро было чревато отработкой. А значит, надо найти подвох в ее словах. Работала она своеобразно, вполне могла устроить мне внеплановый тест на догадливость.
Начнем сначала.
Устремить силу на артефакт.
Устремить.
Точно!
Не на часть! А на целый! Сколько бы кусков в нем ни было!
Ну, профессор!
Я поставила флакон обратно на стол, сдвинула все четыре так, чтобы они касались друг друга, приложила пальцы к крайним. Ну что, ребята, поехали? Потянула пружину ко всем четырем. Стенки флаконов засветились. Сначала слабо, а потом все сильнее, сильнее… И вскоре каждый охватило сияние под цвет стекла. Я медленно подняла руки. Пузырьки послушно воспарили и зависли, вокруг них заклубились крохотные радужные облачка.
– Достаточно, – тихо скомандовала профессор, – теперь осторожно опускайте… И отпускайте.
Я удивленно посмотрела на нее. А где командный тон?
– Выполняйте, – не повышая голоса, повторила госпожа Чиро.
Так же медленно, как и поднимала, я опустила руки. Пузырьки потянулись следом и с тихим позвякиванием встали обратно на стол. Потом представила, что пружина снова возвращается в мою грудь. Сияние погасло.
– Отлично! – похвалила профессор.