В коридоре завизжали. «Барби»! Скоро я каждую одногруппницу за километр смогу по голосу опознать. Мы, как по команде, синхронно высунулись из-за угла. Одна из магинь, комплекцией не уступающая Жавуриной, держала бедную блондинку за грудки и монотонно встряхивала, пока мисс Урсати втолковывала нашим девчонкам прописные истины. Естественно, с точки зрения магов. «Барби» же, просто оказалась в ненужное время в ненужном месте. Ее показательно трясли как грушу.
— И запомните! — цедила каждое слово шатенка, магиня-громила встряхивала блонди, та, разумеется, визжала.
— Любое посягательство на наших мужчин… — пауза, встряхивание, визг. — И вам несдобровать! Это второе.
— И третье! Пожалуй, самое главное! — все по плану: пауза, груша, визг. — Подписав договор с университетом, вы подписали себе приговор! А насколько он будет суров, зависит только от вашего поведения. Чем незаметнее вы, тем лояльнее мы. Это понятно?
И снова визг «барби», от которого даже я, находясь на расстоянии от нее, поморщилась.
— Хочешь магическую дуэль, крошка? — шатенка подняла рыжей пальцами подбородок, вынуждая смотреть себе в глаза. — Я бы предпочла твою стриженную подружку, но и ты сгодишься для показательного шоу.
Мисс Урсати сделала видимым кольцо на пальце, которого там просто еще не могло быть, если это не… Черт!!! Черт!!! Танталум.
— Юлка, что мы делать будем? Может, я успею сбегать позвать магистра Реут? — прошептала я.
— Уверена, что старушка еще там и резво доскачет к месту происшествия? — едва слышно откликнулась Жавурина. — Тут все, как в жизни, Ксю, по-взрослому: либо ты сидишь и не отсвечиваешь, в надежде, что тебя не заметят, любо, как говорил волчонок: «Мы принимаем бой!»
— Бой? Какой бой? Ты спятила? Я не то что не дралась ни разу, а даже в детстве в пятнашки не играла! — горячо зашептала я.
— Выбор невелик, — спокойно ответил Юлка. Она почти всегда шутила, улыбалась. Сейчас же на ее лице не дрогнул ни единый мускул.
— Что здесь выбирать? Девчонки, хоть и клуши, но свои. И лучше нам держаться всем вместе, — неохотно призналась я. На душе было тревожно. — Но я предупредила — драться не умею!
— Ладно тебе, Ксю, — вот теперь уже пусть криво, но все же усмехнулась Юлка.