– Никак, волки зарезали?
– А где тогда остальные кости? С собой унесли? – Зверев пошел вдоль края ивовых зарослей и вскоре набрел на второй череп. А еще через десять сажен увидел такой же точно череп, но насаженный на шест.
– Что это, Андрей Васильевич? – полюбопытствовал Изя.
– Похоже, там, впереди проклятые земли. Вот их черепами и огородили.
– Ясно, княже. Так куда же мы теперь?
– Конечно, туда. – Андрей вернулся в седло и стал решительно проламываться сквозь кусты.
– Свят, свят, – перекрестился Пахом, тронулся следом.
– Мудрит Андрей Васильевич, ох, мудрит, – покачал головой боярин Выродков, пропустил своих слуг и поехал замыкающим, на всякий случай перевесив щит на переднюю луку седла.
Примерно с две версты кустарник оставался густым и однородным. Потом он вдруг расступился, перед всадниками открылась дорожка в два метра шириной, копыта зацокали по плотно подогнанным известняковым плитам. Андрей повеселел, перешел на рысь, но уже через версту заметил, что солнышко, поначалу светившее в затылок, теперь греет левое ухо.
Наконец земля стала подниматься, кустарник поредел, из низкой поросли кое-где высунулись отдельные березки.
– Мир вам, добрые люди, – поклонился незнакомец, опираясь на черный деревянный посох. – Кем будете, откуда едете, куда путь держите? Что за нужда занесла вас в эти забытые места?
– И тебе долгих лет, дедушка. Ищем мы речку Свиягу. Тут она, сказывали, где-то протекает. Хочется мне на место посмотреть, где она в Волгу впадает.
– Место… – Монаха всего аж передернуло, словно ударило током. – Как же, знаю я такое место. Отсель прямо с полверсты. Там березка будет приметная. От нее влево несколько кленов подымаются. К ним повернете, да за ними прямо, прямо еще две версты. Там к устью речному и попадете.
– Благодарствую, дедушка, – кивнул князь и поехал дальше.
Приметная береза оказалась порченой – ствол у нее был почти весь черный, к тому же извивался, как змея.