Вэй У Сянь спросил: «Цзинь Лин, ты принес серебряный колокольчик Ордена Юнь Мэн Цзян?»
Серебряный колокольчик, используемый в качестве поясного украшения, служил отличительным признаком Ордена Юнь Мэн Цзян. Цзинь Лин с малолетства воспитывался в двух орденах, и одну половину времени проживал в Башне Кои Ордена Лань Лин Цзинь, а вторую – в Пристани Лотоса Ордена Юнь Мэн Цзян, поэтому знаки принадлежности к обоим кланам всегда должны были быть при нем. И в самом деле, Цзинь Лин, со смешанными чувствами на лице, достал маленький незатейливый колокольчик, отделанный выгравированным девятилистным лотосом – клановым узором Цзян.
Вэй У Сянь ответил: «Ничего», – и передал колокольчик Лань Сы Чжую. – «Серебряный колокольчик Ордена Юнь Мэн Цзян помогает успокоить разум и сосредоточиться. Он будет условный сигналом».
Цзинь Лин вырвал колокольчик из рук юноши: «Ну хорошо, я согласен!»
Лань Цзин И заворчал: «Тебя не поймешь: то хочешь, то не хочешь.
Вэй У Сянь обернулся к девушке: «Заходи».
Девушка еще раз вытерла глаза и щеки и влетела в его тело. Ее душа полностью скрылась внутри Вэй У Сяня, а он сам обмяк и, прислонившись к гробу, медленно сполз на пол. Юноши поспешили подтащить кучку соломы и усадить мужчину. Цзинь Лин крепко вцепился в колокольчик, размышляя о неизвестном.
Когда призрак уже вошел в него, Вэй У Сянь вдруг подумал о возможном затруднении: «Девушка ведь слепая, и если я буду делить с ней чувства, то выходит, тоже стану на время незрячим и ничего не смогу увидеть? Тогда полезность этого метода весьма снижается.
Тут перед его глазами все завертелось, и изначально воздушная душа словно внезапно обрела вес и ощутила под ногами твердую землю. Девушка открыла глаза, а вместе с ней и Вэй У Сянь. Однако, к его вящему удивлению, перед его взглядом простиралась вовсе не кромешная тьма, но солнечный пейзаж погожего денька.
Он мог видеть!
Выходит, во время этих воспоминаний девушка еще не ослепла.
«Сопереживание» показывало Вэй У Сяню те сцены из ее жизни, что вызывали у нее самые сильные чувства и о которых она больше всего желала поведать другим людям. Он мог лишь молча наблюдать и воспринимать ее эмоции как свои собственные. Сейчас их ощущения слились: глаза девушки стали его глазами, рот девушки стал его ртом.