Зевая и праздно осматриваясь по сторонам по пути к охотничьим угодьям, Вэй У Сянь внезапно скользнул взглядом по прелестному юноше с изящным лицом, излучавшему холодность и отстраненность. Он был одет в красную мантию с округлым воротником, туго затянутыми манжетами и поясом, сплетенным из девяти золотистых колец – церемониальное облачение, выданное всем ученикам, явившимся на Совет Кланов в Ци Шане. Юноше этот наряд особенно шел. Нотки нежной утонченности смешивались с безудержной мощью молодости, придавая ему поистине восхитительный вид.
Юноша, несший на спине колчан с белоснежно оперенными стрелами, как раз проверял свой лук. Его длинные, тонкие пальцы пробежались по тетиве, извлекши звук, подобный дрогнувшей струне гуциня, сильный, но мягкий.
Вэй У Сяню юноша показался слегка знакомым. Порывшись в памяти, он удовлетворенно шлепнул себя по бедру, наконец, вспомнив его, и радостно воскликнул: «Ага! Да это же Ван Цзи-сюн!»
К тому времени минул уже год с тех пор, как Вэй У Сянь проходил обучение в Гу Су, а после был отправлен обратно в Юнь Мэн.
Тем временем Лань Ван Цзи закончил проверять лук и немедленно удалился. Вэй У Сянь, чувствуя неловкость, обернулся к Цзян Чэну: «Он снова принял меня за пустое место. Эх».
Цзян Чэн окинул его безразличным взглядом, также решив считать Вэй У Сяня за пустое место.