Спустя пару секунд тишины трибуны разразились грохочущими аплодисментами, намного сильнее и громче, чем ранее достались Цзинь Цзы Сюаню.
Вэй У Сянь, приподняв уголки рта, покрутил лук в руках и убрал его за спину. Цзинь Цзы Сюнь, увидев, что Вэй У Сянь в своем бахвальстве превзошел даже Орден Лань Лин Цзинь, громко фыркнул и с недовольством на лице и в душе вновь произнес: «Стрельба — всего лишь разминка перед охотой, только и всего. К чему все эти жалкие фокусы? Раз уж ты завязал глаза, то оставайся так на все время облавы, если кишка не тонка! На горе Бай Фэн мы и посмотрим, кто действительно силен, определим победителей и проигравших!»
Вэй У Сянь легко согласился: «Идет!»
Цзинь Цзы Сюань махнул рукой, отдавая адептам приказ: «Выдвигаемся!»
Заклинатели под его командованием немедля пришпорили коней и рванули на гору, намереваясь первыми занять лучшие позиции для охоты и как можно скорее изловить всех тварей, за которых полагалась наивысшая награда.
Вэй У Сянь ответил: «В спешке нет нужды. Ему не удастся забрать ее»."
"Наблюдатели застыли от удивления, услышав подобный ответ, а пока Цзинь Гуан Шань раздумывал над тем, что означает «не удастся забрать», Вэй У Сянь спешился и обратился к Цзян Чэну: «Ступай вперед».
Цзян Чэн предостерег его: «Знай меру, не бери на себя слишком много».
Вэй У Сянь лишь махнул рукой. Тогда Цзян Чэн дернул поводья, пришпорил коня и повел отряд Ордена Юнь Мэн Цзян за собой.
Вэй У Сянь же, не снимая повязку с глаз, завел руки за спину и неспешно направился к горной тропе, ведущей на гору Бай Фэн, словно явился не для участия в облаве, а просто беззаботно прогуливался по двору своего собственного дома.
Зрителей посетили сомнения: неужели он в самом деле собирался оставить эту черную повязку на глазах на все время охоты? Как же он тогда собрался охотиться?
Обменявшись удивленными взглядами, заклинатели решили, что это все же их не касается, лишь посмеялись над случившимся и также отправились на гору, каждый по своей тропе.
Вэй У Сянь долгое время продвигался вглубь гор Бай Фэн сам по себе, пока, наконец, не нашел весьма подходящее для отдыха место.