Или вы хотите привлечь к ответственности даже непричастных родственников преступника?»
Кто-то спросил: «Молодой господин Вэй, ваши слова о том, что на их руках нет крови, вовсе не означают, что все так и есть. Это лишь ваше сугубо личное мнение. Но где доказательства?»
Вэй У Сянь ответил: «Разве ваши слова о том, что они причастны к убийствам, — не сугубо личное мнение? Разве это не вам следует первыми предоставить доказательства? Почему же вы сразу стали требовать их от меня?»
Тот человек покачал головой, на лице его было написано «разумные рассуждения здесь бесполезны».
Вэй У Сянь усмехнулся: «О. Раз псы из клана Вэнь совершали множество бесчинств, то любой, кто носит фамильный знак Вэнь, заслуживает смерти? Но постойте, ведь немало мятежных кланов из Ци Шань сдались добровольно и сейчас живут припеваючи.
Те несколько заклинателей, на которых указал Вэй У Сянь, немедленно поменялись в лице. А он тем временем продолжал: «В таком случае, если на любом, кто носит фамилию Вэнь, можно срывать свой гнев, заслуживает он того, или нет, стало быть, я имею право прямо сейчас поубивать их всех без остатка?»
Еще на середине фразы он опустил руку и коснулся висящей на поясе Чэнь Цин.
Раздался низкий голос Лань Ван Цзи: «Вэй Ин!»
Цзинь Гуан Яо стоял к Вэй У Сяню ближе всех, однако его лицо даже не изменилось, а голос остался все таким же мягким: «Молодой господин Вэй, прошу, ни в коем случае не поступайте опрометчиво. Мы ведь можем все мирно обсудить».
Цзинь Гуан Шань тоже поднялся на ноги. На его лице попеременно отразилось удивление, гнев, страх и негодование.