Лань Ци Жэнь бросил взгляд на Лань Ван Цзи и бесстрастно ответил: «Что это за вопрос, на который ты ищешь ответа не у него, а у меня?»
Лань Ци Жэнь, будучи закостенелым консерватором, глупцом все же не являлся. Он тоже заподозрил странность и лишь поэтому терпеливо слушал Вэй У Сяня так долго, пускай и с лицом мрачнее тучи. Вэй У Сянь в юности испытал на себе недовольство Лань Ци Жэня, а впоследствии и недовольство бесчисленного множества других людей, поэтому давно перестал обращать на это внимания.
Лань Ван Цзи: «Мгм».
Вэй У Сянь: «Орден Мо Лин Су — это клан, который когда-то отделился от Ордена Гу Су Лань, верно?»
Лань Ван Цзи: «Мгм».
Вэй У Сянь: «Но даже несмотря на отделение, все же сильнейшие техники были «заимствованы» у Ордена Гу Су Лань, это так?»
Лань Ван Цзи: «Мгм».
Вэй У Сянь: «Одна из секретных техник Ордена Гу Су Лань, Песнь Подавления, изгоняет нечисть и усмиряет мертвых. Наилучшего результата можно достичь, исполняя эту мелодию на семиструнном гуцине, поэтому большинство адептов изучают именно игру на цине. Орден Мо Лин Су копирует вас во всем, а значит среди них также наибольшее число адептов играют на гуцине, я прав?»
Лань Ван Цзи: «Прав».
Вэй У Сянь: «Несмотря на то, что Глава Ордена Мо Лин Су покинул Орден Гу Су Лань, забрал с собой все техники и основал свой клан, его собственное искусство игры на гуцине все же далеко от совершенства, и адепты, которых он обучил, иногда допускают ошибки в исполнении мелодий, так или нет?»
Лань Ван Цзи честно ответил: «Так».
Вэй У Сянь и Лань Ван Цзи обменивались репликами, один задавал вопрос, другой отвечал, словно рядом не было никого.
Тем временем Вэй У Сянь неторопливо произнес: «Иными словами, даже во время сражения с мертвецами на горе Луань Цзан, один из отрывков боевой мелодии, которую играли адепты Ордена Мо Лин Су, был неверным.