Ну надо же, не обоссался в первые же минуты. Но затем придурок опять открыл пасть, и Князь пожалел о своем минутном порыве, - нужна она больно, подстилка! Сосет все равно плохо!
Кет в его руках крупно дрогнула всем телом, замерла, а затем попыталась отстраниться, закопошилась, но Василий только прижал сильнее, не удержавшись, проведя пальцами по узкой спине, останавливаясь на талии и рывком подтаскивая еще ближе. Девочка тихо всхлипнула и спрятала лицо у него на груди.
- Вот как? - Князь даже не разозлился на слова придурка, ясно же, что дурак, - плохо, говоришь, сосет…
Он демонстративно по-зоновски цыкнул зубом, усмехнулся, глядя прямо в бегающие глазки:
- Так, может, покажешь класс? А? Сюда иди, говорю…
Глаза дебила стали просто огромными, как у бешеного лемура из детского мультика, что так любил смотреть погибший этой зимой Корень в перерывах между дежурствами.
Но тут Князь, легко отставив девочку за спину, шагнул вперед, разом отхватив половину расстояния между ними и неудачливым кавалером, глаза у того стали еще больше, и буквально через полсекунды Василий нахмуренно наблюдал дерганную спину придурка уже в районе соседнего дома.
Наверно, дело в нем, в Князе.
- Стоять! - А вот это он вовремя повернулся, девчонка уже практически скрылась за дверями подъезда, по-привычке сбегая под шумок.
Нет, так-то оно правильно, конечно, нефиг бабам стоять на линии обстрела, но в этот раз не мешало бы разобраться. Какого хера она позволяет целовать себя какому-то придурку?
Нет, она отбивалась конечно, но как-то очень вяло, несерьезно. Может, он помешал? Может, она только для вида, чтоб лицо не терять?
Мысли в голове бродили вялые и дурные, к тому же по нервам дал отходняк после увиденного.
Надо бы отпустить девочку, пусть бежит прочь быстрее, а никак. Вот никак. Перед глазами так и стоит картина ее обнимашек с долговязым уродом.
Кет замерла, вцепившись в ручку двери, не поворачиваясь.
Съежилась как-то, голову в плечи спрятала, как маленький испуганный котенок, ушки прижала.