- Чего застыла, открывай, пошли домой, - скомандовал Князь, вздохнув пару раз всей грудью и чувствуя, как отпускает.
Не хватало еще на ней свою злость выместить. Нет, довезет домой, проследит, чтоб зашла в квартиру, и все. И все.
В лифте, грузовом, слава богу, Кет встала как можно дальше от него, и простояла так весь путь, опустив глаза. Не пытаясь завязать разговор, не благодаря даже за помощь.
Впрочем, ему и не нужна была благодарность.
Василий тоже старался смотреть куда угодно, только не на нее.
Надвинутая на глаза вязаная шапка, только нос покрасневший и губы искусанные видны. Кто же ей так губы искусал? Неужели, этот говнюк постарался?
Опять поднялась из груди ярость.
Лифт, дернувшись, остановился, и Кет выбежала в открывшуюся дверь.
- Эй! - она опять замерла, напрягшись, уже практически добежав до своей квартиры, - можешь не благодарить, девочка!
Она в ответ только дверью хлопнула.
А Василий, ругательски ругая себя за тупость и особенно за последнюю дешевую фразу, устроился на кухне с банкой пива и телеком.
Похмелившись, он основательно взбодрился и даже в душ сходил и зубы почистил, потому что совсем гадостно во рту было.
Он выругался, тяжело потопал в прихожую, собираясь отправить гостя в пешее эротическое, но, открыв дверь, так и замер, не сумев сказать ни слова.
Да уж, этого человека он точно никуда посылать не собирался.
7"
"Кет забежала домой, прямиком в ванную, открыла холодную воду и сунула под нее голову.
А потом, наконец-то сумев сделать полноценный вдох, разделась и встала под холодный душ.
И стояла, пока губы не посинели.
И все равно, все равно потом, глядя на себя в зеркало, реально испугалась бешеного, дикого просто взгляда.
Это не она. Это просто не может быть она. Это какая-то другая, незнакомая ей девушка сейчас смотрит на нее из зеркала.