Такая явная и уничтожающая, что моя уверенность в собственных силах резко гаснет.
- Остановись, дурочка, - мягко произносит он и склоняется надо мной.
А затем целует. В губы.
Ноги подкашиваются, мне приходится ухватиться за широкие мужские плечи, чтобы не упасть. Андрей целует глубоко и настойчиво. Сжимает пальцами мои ягодицы, впечатывая в себя. Я чувствую, как в живот упирается его твёрдость. Меня трясёт от желания и страха. Борис был моим первым и единственным мужчиной и других я не знаю, никогда не пробовала.
Он мягко подталкивает меня к кровати. Я опускаюсь на чистые простыни, отползаю назад. Дымов снимает пиджак, рубашку и тянется к пряжке ремня. Я уже видела его тело, и оно совершенно. Внизу живота становится невыносимо горячо, когда Андрей накрывает меня собой и вновь целует в губы. Я отвечаю. Смело, страстно, распалённая им до предела.
- Хочу тебя, - шепчет Дымов мне в губы.
- Скажи…
- Что сказать? – спрашивает с легкой иронией, касаясь виска и царапая колючей щетиной.
И продолжая при этом ласкать моё тело.
- Скажи моё имя. Пожалуйста.
- Я хочу тебя, Юля, - усмехается он и вышибает из лёгких весь воздух, заполняя собой до предела.
Глава 17
Я просыпаюсь от того, что пробившиеся меж плотных штор солнечные лучи щекочут нос.
Мне тепло. Спокойно. Я улыбаюсь, а потом вспоминаю, что случилось накануне и замираю.
Кожу тут же покалывать начинает, а краска заливает лицо. Вчера всё было так естественно и приятно, а сегодня... Я начинаю сильно смущаться.
Аккуратно выскальзываю из-под одеяла и спешу в душ. Привожу себя в порядок. А потом, в какой-то момент, вытерев лицо белоснежным мягким полотенцем я бросаю взгляд в зеркало. И вновь улыбаюсь!
На меня смотрит красивая, яркая девушка.
Я к тому не привыкла. Честно говоря, я даже не думала, что так бывает. Борис... он ведь совсем другой. Нет, не грубый. Но...