— Кротовский, — после боя ко мне подошла Пантера, вернувшая человеческий облик, — Боты ремонтировать не имеет смысла, а вооружение с них можно снять. Усилим охранный периметр.
— Полагаешь, репы еще не наелись?
— Ну нет. За такой актив будут рубиться без дураков. Если наличных сил не хватит, пришлют из другой галактики.
— Ты меня прям обнадежила.
— Опять гундишь, Кротовский. Нам за это время надо забрать у них побольше розовых макров и раскачаться до девятого… а может даже и до десятого. Как тебе перспектива?
— Звучит заманчиво.
— Сарказмируешь?
— Нисколько."
"Пантера пошла в храм докупать ремонтные модули, а я с Гамой и Ныром отправился разбираться с рабочими бригадами, работающими за пределами базы. Не пешком, разумеется. Активировал слияние.
Вообще чувствуется дисбаланс от того, что два атрибута перешли на восьмой уровень, а остальные остались на седьмом. Челнок стал мощнее и тяжелее, а вот управляемости и маневренности не хватает.
— Эй, рептилоиды, — я завис на работниками, ковыряющими нутро планеты, и высунулся из кабины, — Ваша база захвачена. Предлагаю подписать трудовой контракт с новым работодателем. Соцпакет, страховка, молоко за вредность и профсоюзное масло без ограничений.
Репы на мои посулы не повелись. Черт их знает, может, в курсе, что в советских столовках профсоюзным маслом называли горчицу. Вредные хладнокровные твари попытались атаковать меня рабочим инструментом.
Со второй бригадой вышла похожая картина. Правда те даже целиком не дослушали мои предложения. Походу, дело не в горчице. На базу вернулся с озабоченным видом.
— Пантера, чертовы репы отказались сотрудничать с новой администрацией.
— И что?
— Как что. А работать кто будет? Кто нам будет выковыривать розовые макры?
— Расслабься. Я уже купила управляющие и инженерные модули. Репы те еще жадюги.
Я оставил Ныра и Гамлета сторожить базу, а сам вместе с Пантерой пошел смотреть уже восстановленный жилой модуль.
— А ничего так. Уютненько.
— Угу, — согласилась Пантера, — Только койки надо вместе сдвинуть.
По окончании теста на устойчивость сдвинутых коек дождался переноса в обычный мир, и когда ощутил под спиной милый сердцу обжитой кабинетный диванчик, проспал до утра.