– «Наполнить Ваш кубок?»
Эрек посмотрел на нее, забыв о своих манерах. Он был слишком ошеломлен, чтобы говорить. Через несколько секунд девушка, в конце концов, пошла дальше. Уходя, она несколько раз оборачивалась, чтобы посмотреть на него.
После чего она, наконец, поставила кувшин и, развернувшись, выбежала из зала.
Эрек встал, наблюдая за ней.
«Я должен ее узнать», – сказал Эрек Герцогу.
«Ее?» – удивился Герцог.
«Но она – служанка. Почему ты хочешь познакомиться с ней?» – спросил Брандт.
Эрек поднялся со своего места, словно громом пораженный, впервые в жизни точно зная, чего хочет.
«Она – та, кто мне нужен. Я буду сражаться за нее».
«За нее?! – спросил ошеломленный Брандт, встав рядом с ним.
Герцог тоже поднялся.
«Вы можете выбрать любую женщину в королевстве по обе стороны Кольца. Вы можете выбрать принцессу. Дочь лорда. Женщину с огромным приданным. А Вы выбираете ее? Служанку?»
Но их слова едва ли долетали до Эрека. Завороженный, он наблюдал за тем, как девушка выбежала из зала в боковые покои.
«Куда она идет?» – потребовал он ответа. – «Я должен знать».
«Эрек, ты в этом уверен?» – спросил Брандт.
«Вы совершаете серьезную ошибку», – добавил Герцог. – «И Вы нанесете оскорбление всем присутствующим здесь женщинам, всем представителям королевских семей».
Эрек повернулся к нему, искренне глядя ему в глаза."
"«Я не хочу никого оскорбить», – ответил он. – «Но на этой женщине я собираюсь жениться. Вы поможете мне найти ее?»
Герцог кивнул своему слуге, который побежал выполнять поручение.
Он поднял руку и сжал плечо Эрека. Его лицо расплылось в сердечной улыбке.
«Правду о Вас говорят, друг мой. Вас не волнует то, что думают другие. И именно это, полагаю, мне нравится в Вас больше всего».
Герцог вздохнул.
«Мы найдем для Вас эту служанку. И она составит Вам партию!».
Возгласы одобрения окружили Эрека, когда присутствующие похлопали его по спине. Но он ни на кого не обращал внимания. Его мысли были заняты только одним – этой девушкой.
Глава восемнадцатая
Гарет находился в покоях своего отца, глядя в открытое окно на королевский двор, как любил делать его отец. Отец любил прогуливаться на парапетах, но Гарету не хотелось делать этого. Он был абсолютно счастлив находиться здесь, в помещении, возле окна, свободно заложив руки за спину и глядя на своих людей в тени.
Его люди. Теперь они были его людьми.