Маскарад в стиле ампир

У нее был большой нос, совсем как у Джонатона, но для женщины он был слишком велик. В серых глазах стояли слезы.

Она заключила Мойру в объятия и расцеловала в обе щеки.

— Красавица! Ты стала настоящей красавицей! Я это предвидела, когда ты была еще маленькой.

Она повернулась к Джонатону.

— А это маленький Дэвид, — сказала она, хитро посмотрев на Мойру, словно желая сказать: «Видишь, я помню, что его нельзя называть Джоном».

Затем обратилась к Хартли:

— Этого молодого человека что-то не припомню. Не твой ли кузен, Бонни?

В газетах не сообщалось первое имя леди Крифф, поэтому они выбрали Бонни как звучащее в шотландском стиле.

— Это мистер Хартли. Он остановился в той же гостинице и любезно согласился подвезти нас, — поспешно объяснила Мойра, подумав, что нужно было предупредить кузину Веру письмом об изменении в их плане.

Хартли поклонился.

— Очень любезно с вашей стороны, — поблагодарила леди Марчбэнк. — Но что это мы стоим в дверях? Входите, входите. Нам уже готовят вкуснейший чай. Мою повариху зовут Крук [10].

Я всегда зову ее Крук. Как вам нравится это имя? Она сама его ненавидит.

Закончив эту тираду, кузина Вера залилась серебристым смехом.

Гостей провели в тускло освещенный коридор, словно взятый из готического романа миссис Редклифф. В дальнем конце его начиналась мрачна лестница, исчезавшая в темноте верхнего этажа. На стенах были развешаны старинные портреты в обветшалых рамах. На пьедестале приютилось чучело орла с распростертыми крыльями, словно он готовился к нападению.

Его стеклянные глаза угрожающе блестели.

— Посмотрите, леди Крифф! — воскликнул Джонатон. — Кузина Вера, у вас в доме, наверное, есть и подземелье со скелетами, прикованными цепями?

— Нет, но зато есть потайной ход, ведущий в пещеры. Предки мужа разбогатели на контрабанде шерсти в старые времена.

Леди Марчбэнк ввела их в главный салон, который оказался тоже мрачной залой с дубовыми потрескавшимися панелями в якобитском [11] стиле и выцветшими портьерами.

— Мы здесь не гонимся за модой, — сказала хозяйка дома.

— Из-за влажного воздуха с моря и копоти от каминов все быстро приходит в негодность. Этим портьерам только три года, а они уже совсем потеряли вид. Или пять? Неважно, они стоили уйму денег, а через год уже превратились в тряпки.

Леди Марчбэнк усадила гостей на двух диванах перед камином, в котором догорали дрова.

— Дэнби! Дэнби, ты слышишь? Подавай чай! — крикнула она, выйдя в коридор.

В дверях появился пожилой дворецкий.