– Майор поскреб в затылке всей пятерней, но тут же, взяв себя в руки, решительно отчеканил: – И что за вопросы, лейтенант Коломенчук? Извольте исполнять приказ.
– Есть, товарищ майор, – Коломенчук неохотно взял «под козырек». Вьюхин недовольно скривился.
Локис был единственным, кто не проронил ни слова после злополучного звонка полковника Морильо. Надо значит надо. Владимир прекрасно понимал, что воин-контрактник лишен права выбора. Он лишь мысленно посетовал на то, что долгожданная встреча с матерью вновь откладывается на неопределенный срок.
У здания аэропорта уже стояла машина. Люди полковника Морильо хоть и не были, по словам Попова, военными, но сработали очень оперативно. Через полчаса всю группу российских спецназовцев уже доставили в кабинет испанского полковника. Вид у Морильо был болезненный и изможденный. Он выглядел так, словно только что получил известие о скоропостижной гибели любимой тетушки.
– Я попробую обрисовать вам ситуацию в двух словах, – начал половник, расхаживая взад-вперед по кабинету, едва Попов и его группа из трех человек расположились в креслах на фоне большого панорамного окна.
– И в чем конкретно заключается эта проблема? – не удержался от наводящего вопроса Попов.
Полковник заложил руки за спину и вновь принялся мерить шагами кабинет.
– Сегодня в два часа дня группа иранских террористов, предположительно в составе десяти человек, вооруженная автоматами и взрывчаткой, захватила здание детского приюта для сирот Marнa del Amparo.
– Вот суки! – буркнул по-русски себе под нос Коломенчук.
Попов недовольно покосился в его строну, но ничего не сказал.
– Это неподалеку от города Бадахос. Рядом с португальской границей, – добавил полковник после небольшой паузы.