Матадоры войны

Даже не надейся. Это ты уяснил?

Казалось, прошла целая вечность между вопросом Хосе и тем моментом, когда иранец едва заметно кивнул в знак согласия. Он уяснил. И он прекрасно понял все, что ему говорили. Альварес в очередной раз оказался прав. Иранский террорист знал английский язык. Знал достаточно хорошо для того, чтобы воспринимать сказанное.

– Говорить по-английски можешь? – последовал очередной вопрос испанца.

Вновь пауза, затем кивок. Хосе усмехнулся.

– Что и требовалось доказать. А теперь слушай меня внимательно и запоминай.

Я сейчас немного ослаблю хватку. Ровно настолько, чтобы ты мог тихонечко хрипеть, отвечая на мои вопросы. Вздумаешь предпринять попытку повысить голос хотя бы на чуточку – придушу. То же самое тебя ждет и в случае неискренности ответов. Разумеется, я знаю, что вы, верные слуги Аллаха, не боитесь смерти, – поспешно и при этом с немалой долей сарказма в голосе добавил Альварес, заметив, как вызывающе сверкнули глаза иранца при его последних словах. – Но и ты учти, что рискуешь умереть сегодня не как воин за истинную веру, а сдохнуть как собака, не исполнив своей священной миссии. Как тебе такая перспектива? Аллах, как известно, справедлив, но беспощаден.

По реакции террориста Локис не без радости заметил, что слова Хосе легли на благодатную почву. То есть угодили прямехонько в цель, как и рассчитывал наемник. Видно было, что Хосе отлично знаком с подобным контингентом и знает, как именно нужно общаться с такими типами.

– Так как? – продолжил Альварес. – Согласен немного пообщаться?

Очередной едва заметный кивок послужил ответом со стороны мужчины, облаченного во все черное.

Хосе был этим удовлетворен. Давление указательного пальца на заветную точку рядом с кадыком немного ослабло.

– Имя? – все так же по-английски коротко вопросил испанец.

– Джахангир, – прохрипел пленник.

– Сколько ваших людей в здании?

Вопросы Хосе были хлесткими и отрывистыми. Он не собирался тратить много времени на допрос «языка». Только информация по существу.

Джахангир медлил с ответом, но не столько потому, что собирался «играть в молчанку», а скорее мыленно переводя вопрос Альвареса на родной иранский.

Об этом явственно свидетельствовало его напряженное лицо. Знание английского у Джахангира было на весьма низком уровне. Хосе терпеливо выжидал.

– Тринадцать человек, – наконец выдал иранец.

– Сколько из них на этом этаже?

Очередная заминка. Джахангир переводил.

– Трое.

– Включая тебя?

Мысленный перевод и ответ:"

"– Да.