Альварес прикрыл за собой дверь и указал напарнику в сторону лестницы.
12
До лестницы оставалось что-то около двадцати шагов, когда Хосе придержал Владимира за руку, а затем изменил направление и двинулся не по ступеням на первый этаж, где в общей столовой приюта Marнa del Amparo горел яркий свет, а по боковому ответвлению. Локис в недоумении остановился. Что задумал Хосе? Какого черта он теряет время? Владимир бросил взгляд на часы. В их распоряжении оставались считаные минуты.
Хосе шел, не оглядываясь. Владимир мысленно чертыхнулся и бегом нагнал напарника.
– В чем дело? – шепотом вопросил он. – Куда ты идешь?
– Мы спустимся другим путем, – на ходу сказал Хосе.
Он то доставал из кармана свою оригинально выполненную зажигалку, то вновь опускал ее обратно. Хосе нервничал. И шел при этом достаточно быстро. Гораздо быстрее, чем они продвигались по коридорам третьего этажа и в северном крыле второго.
– По пожарной лестнице, – продолжал тем временем испанец. – Комната садовника, общий холл, кухня и потом уже спальня.
Локис промолчал. Ответа на этот вопрос у него не было. Впрочем, Хосе в нем и не нуждался.
– То-то и оно, – продолжил он, уверенно двигаясь по темному боковому ответвлению в направлении одному ему известной цели.
Локис по-прежнему не произносил ни слова, но мысленно вынужден был согласиться с доводами напарника. Они не имели права свалиться на голову террористам, как первый октябрьский снег. Требовалось определить места дислокации.
Коридор закончился низенькой малоприметной металлической дверью. Хосе оставил в покое свою зажигалку и решительно дернул за ручку. Дверь оказалась заперта.
– Вот черт! – смачно выругался испанец. – Не знаю, кто у них сейчас садовником, но, сколько себя помню, сеньора Диас каждого из них неоднократно предупреждала о том, что запирать эту дверь никогда не следует. В целях пожарной безопасности. И все равно они ее запирают.