Мацзу (СИ)

перо тебе в руки и барабан на шею.

Вернувшись вечером на остров Гонконг, я навестил Чарльза Эллиота и проинформировал, что китайцы не будут замечать, как британцы покупают еду в деревнях по соседству, но наглеть при этом не надо.

— Откуда ты знаешь⁈ — удивленно спросил он.

— Из достоверного источника, — ответил я, не став уточнять, из какого именно, и напомнил: — Я не зря получаю жалованье капитана корабля третьего ранга.

После этого обе победившие стороны начали вести себя аккуратнее. Чарльз Эллиот наладил покупку продовольствия в нескольких прибережных деревнях, а китайские военные моряки вдруг «ослепли».

К тому времени Мань Фа договорился с несколькими коллегами из Макао, которые через него продавали продовольствие гвайлоу. В общем, продовольственная проблема перестали быть очень острой, хотя британцы, привыкшие здесь жить на широкую ногу, вынуждены были стать намного скромнее.

57

Декабрь и январь — два самых лучших месяца в Юго-Восточной Азии. Уже не идут тропические ливни, воздух суше, и еще не жарко.

Даже в Калькутте, где кажется, что влагой пропитано всё, включая каменные стены зданий и чугунные пушки, в эти два месяца жизнь становится терпимой. Минус только один — Джордж Иден, генерал-губернатора Индии, вернулся в город вместе со своей многочисленной сворой чиновников, среди которых был и Самуэль Кушинг. Судя по тому, как рогатый муж и его начальник Уильям Макнахтен поглядели на меня при встрече в кабинете последнего, им обоим рассказали о наших свиданиях с Эмили много раз и с пикантными подробностями, по большей части фантастичными. Пришлось нам перенести свидания в другое место. Моя любовница позаботилась об этом, договорившись с вдовой чиновника, оставшейся жить в Калькутте в собственном домике, которая сдавала нам комнату на пару часов всего за полшиллинга, что равнялось дневной зарплате лондонского ремесленника, и при этом подслушивала, мастурбируя, наверное — два удовольствия за одну услугу.

— Я строю в Гонконге большой двухэтажный каменный дом. Скоро остров станет британской колонией и на нем будет большой город, лишь немного уступающий Калькутте по размеру и населению, — сообщил я Эмили во время свидания.

У женщин очень силен инстинкт гнездования. Попав в любое жилье, они примеряют его на себя, как платье, и, если размер подходит, начинают мысленно обзаводиться детьми. Кто будет их отцом — второстепенно. Возможность завести собственное гнездо толкает их на самые безрассудные поступки. Эмили Кушинг не была исключением.