— Свой дом — это хорошо, — мечтательно произнесла она и поинтересовалась: — Долго еще будут строить?
— Обещали закончить к концу лета, но по личному опыту знаю, что любое строительство требует в два раза больше денег и в три раза больше времени, чем запланировано, — ответил я.
— У тебя хватит на него денег? — задала она следующий важный вопрос, подразумевая, наверное, останется ли у меня что-нибудь после окончания строительства.
— Хватит на два таких дома. Это не считая того, что заработаю на опиуме за время строительства, — признался я
Золотая Мацзу буквально притягивала деньги.
Больше мы не возвращались к этому разговору, но Эмили Кушинг постоянно задавала вопросы о Гонконге, китайцах, ценах на еду, мебель, ткани… Процесс обзаведения собственным домом запущен. К моменту окончания строительства будет принято решение.
С ее мужем я встретился еще раз и опять в кабинете Уильяма Макнахтена, которого Чарльз Эллиот оповестил в письме о моей роли в урегулировании конфликта с китайцами, поэтому оба изображали теплое отношение ко мне. Хозяину кабинета это давалось легче, чем его секретарю.
— Вам надо продержаться до осени. К тому времени к Кантону прибудет помощь. Нам сообщили, что эскадра уже собрана, готовятся к выходу. Вполне возможно, что, пока письмо добиралось сюда, она уже отправилась в плавание, — сообщил Уильям Макнахтен.
— Продержимся, — заверил его."
"Я не помнил перипетии Первой опиумной войны, как ее назовут историки. Эта тема не интересовала меня в двадцатом веке. Если бы знал, что окажусь ее участником, то обязательно прочитал бы всё, что смог раздобыть. Как говорили в годы моей юности, умная мысля приходит опосля.
С покупкой опиума проблем не было. Торговцы знали, что я «свой», поэтому глупые вопросы не задавали. К тому же, других покупателей у них все равно не было, если не считать небольшие отгрузки в Сингапур и Европу.