Закусила губу и всхлипывает. Лучше бы розами по морде дала. Я бы так не растерялся. Ее слезы – как удар под дых. Все внутренности внутри выжигает. Я уже готов был коробку на стол бросить и кинуться ее утешать, когда услышал тихое:
— Я согласна, — и руку протянула, чтобы кольцо надел. — Ты так красиво говорил, — оправдываясь за слезы, пока я ее окольцовывал.
Дома за попу укушу, чтобы не пугала. А потом оратор хренов поцеловал свою девочку при всех. Пьяные гости кричали «горько», а мне только это и надо.
— Э, харе, — один только никак не угомонится. Невесту бы ему такую, чтобы голову взрывом рвало, а тронуть не мог!
— Надеюсь, Лена теперь может переехать ко мне? Свадьбу сыграем в ближайшее время, — обратился к родителям, но ответила за них подвыпившая бабушка.
— Забирай! А то шею себе свернет, если будет и дальше по ночам через окно убегать.
Гости громко хохотали. Матвей хмурился. Воробушек краснела… но мы с ней были счастливы. Сегодня же вещи перевезем!
Эпилог
Лена
Пять лет спустя
— Я что сказал, когда уезжал?! Не использовать больше гербициды в теплицах! — крик моего мужа раздавался из-за двери.
— Вадим Андреевич, у нас несколько тонн на складе лежит, выкидывать, что ли? — упирался главный агроном. Мужик взрослый и простой, он единственный, кто мог спорить с Вадимом.
— Выкидывать!
— Тогда ни о какой прибыли не может быть и речи! Удобрения на свалку, урожая не будет, даже рабочим нечем будет заплатить!
— Вы мне зубы не заговаривайте! Думайте, как без химии получить хороший урожай, для этого я вас нанял!
После того, как у нас родился Олежка, Вадим ревностно принялся следить за тем, что ест его сын.
— Уволю всех нахрен!
Пора спасать мужиков. Вадим в бешенстве. Может и правда всех поувольнять. Жалко технологов, агрономов, инженеров… А ведь они еще при Вячеславе Игоревиче работать начинали. Некоторым до пенсии немного осталось.
— У нас огромная ферма, почему нельзя перерабатывать биологическое удобрение и использовать его в теплицах? Я ведь дал четкие указания – подготовить проект.