— Когда я в последний раз ездил в Саратов, станция Аткарск… Эм… По крайней мере, существовала!
— Мы до неё не доехали, — произнёс один из пассажиров, что сидел с нами по соседству. — Может, поезд сломался?
— Только этого не хватало, мы же никуда не успеем! — воскликнул Синицын.
— Я пойду проверю, — произнёс я и выдвинулся к выходу из вагона.
— Я с тобой, — подскочил Илья.
— Нет, — остановил его я. — Сиди с Соней. Я скоро вернусь.
Быстрым шагом я вышел в тамбур, где пересёкся с одним из проводников.
— Оставайтесь на своих местах! — попросил он.
Только по бегающим глазам проводника я догадался, что он и сам не уверен в своих словах.
— Просто скажите мне, в чём проблема? — настоял я. — Может быть, я чем-то смогу помочь?
— Только в том случае, если вы лекарь или сам Грифон, — вздохнул проводник.
— До Грифона мне далеко, — усмехнулся я, а затем отогнул воротник, показав работнику поезда вышитый на моей рубашке значок «Чаша Гигеи».
— Тогда скорее — за мной! — оправился от удивления проводник. — Там человек на путях.
— Переехали? — нахмурился я.
— Нет, чудом затормозили. Наш машинист — мужчина глазастый, он тело чуть ли не за километр разглядел.
Я пробежал к голове поезда. Машинист уже вышел из кабины и присел рядом с лежащем на рельсах мужчиной.
— Я лекаря привёл! — торжественно воскликнул проводник.
— Это хорошо, только боюсь, что он ему, может быть, и не понадобится, — заключил машинист и почесал густую бороду.
— Погодите, это странно, — встрял в их разговор я. — На улице идёт снег — здесь везде по колено. Почему же тогда на пострадавшем снега нет?
— А ведь, правда! — вскинул брови машинист. — Если бы его снегом занесло, я бы его и в упор не увидел. Значит, умер он не от обморожения. Причём… Скорее всего, совсем недавно он тут оказался! Учитывая, как снег валит, его бы замело за пять минут.
Проводник опасливо огляделся по сторонам. Я же присел рядом с пострадавшим мужчиной и почувствовал, как моя магия в чаше начала плескаться. Мне уже стало ясно без проверки пульса и дыхания — он живой.
— Так, быстро берём его и тащим в поезд, — скомандовал я. — Я всё ещё могу ему помочь.
— Нет уж, труп я никуда не повезу! — воспротивился проводник. — Отодвинем его с путей — и поедем дальше!
А вот и яркий пример, когда стоит последовать клятве лекаря.