Он вызвал Федора, который поднялся ко мне в квартиру с пакетами из ресторана. Проходя мимо меня он усмехнулся, что мне показалось очень обидным.
Володя запер входную дверь и повел меня на кухню.
— Надо поесть, Машенька, пока не остыло.
Он вел себя как обычно, просто действие перенеслось из его дома в мою квартиру. А в остальном ничего не изменилось.
— Я не хочу, Володя.
— Надо! Мы скоро найдем Сереженьку. За Костей установлена слежка. Он следит за нами, а мы за ним. К четвергу вся сумма будет готова. Мне полиция предлагала передать куклу, но я отказался.
— Я жить не хочу, Володя.
— Надо, родная, для меня, для сына. Надо! И не убегай больше. Прошу тебя, не убегай!
Я промолчала. А что я могла сказать? Что бегу прежде всего от самой себя! Но разве от себя убежишь?! Вот именно, не убежишь!!! Никуда и никогда.
Я поела. Немного совсем, но все же. А он сидел напротив и уплетал с аппетитом, внимательно наблюдая, как я ем. За столом мы ни о чем не говорили, потому, что с нами ужинал Федор.
Потом я постелила Федору на диване в гостиной. А мы с Володей легли в моей комнате.
Я была благодарна ему, что он просто пришел и не задавал вопросов, не выяснял отношений. Не упрекал и не корил. Я же не виновата, что глупая и взрывная. Что совершаю необдуманные поступки. Я только чувствую, а он дело делает. А я что? Я палка в колесе… Тормоз и лишняя проблема. И почему я такая непутевая? И как же я все-таки его люблю!
— Маш, ты не спишь? — прошептал он мне в ухо.
— Нет, не спится.
— Думаешь?
— Думаю.
— О чем думаешь, Машенька?
— О тебе.
— И? Сердишься?
— Нет, Володя, не сержусь, но обидно мне. Я как будто и есть в твоей жизни, и в тоже время меня нету.
— Как же нету, Машенька?! Я живу только для тебя. Я делаю все только для тебя, Потому, что кроме тебя у меня по большому счету и нет никого. Ты, да сын.
— А родители?
— Родители это другое. Ты сама знаешь и видишь, как я люблю их. Но моя жизнь — ты.